Стебель травы. Антология переводов поэзии и прозы

Прежде, чем шкаф замолчит, станет доской,

дальним родственником сосны, —

кто будет носить пальто,

когда ты однажды умрешь?

Шевелить рукой в рукаве,

Упреждая любое движенье?

Кто станет поднимать воротник,

останавливаться перед картинами

и жить одиноким под колокол ветра?

Комариная мука

В нашем районе год от года становится хуже.

Часто мы приглашаем гостей, чтоб немного

уменьшить толпу.

Но люди вскоре опять уходят, —

после того, как похвалят сыр.

Это не беда.

Нет, чувство, что происходит нечто

более древнее, чем рука —

что есть в любом будущем.

Когда кровати спокойны

и маятник висит на звучащих, бесчисленных нитях,

нитях рвущихся и начинающих вновь,

немного громче,

когда я зажигаю трубку

и сижу лицом к озеру,

по которому плывет плотный шорох,

я беспомощен.

Теперь мы не хотим больше спать.

Мои сыновья бодрствуют,

дочери толпятся у зеркала,

жена поставила свечи.

Ныне мы верим в огни,

по двадцать пфеннигов каждый,

к которым летят комары,

к короткому обещанью.

Школа теноров

(фрагмент)

Возьми тряпку, сотри луну,

напиши солнце, другую монету

на небе, школьной доске.

Потом садись.

Твой аттестат будет хорошим,

тебя переведут,

ты будешь носить новую, более светлую кепку.

Ибо мел прав,

и прав тенор, поющий его.

Он лишит бархат листьев,

плющ, метр ночи,

мох, его нижний тон,

он прогонит любого черного дрозда.

    Перевод с немецкого М. Клочковского

Из немецкой прозы

Юдит Герман

Хантер – Томпсон – Музыка

День, когда что-то все-таки происходит, это пятница перед пасхой. Хантер идет вечером домой, купив в супермаркете супы-концентраты, сигареты, хлеб и в вино-водочном магазине – самый дешевый виски.

Он устал, у него слегка подкашиваются ноги. Он идет по 85-й улице, зеленые кульки, болтаясь, бьют его по коленям, мартовский снег, тая, превращается в грязь. Холодно, световая реклама «Вашингтон-Джефферсона» неясно мерцает в темноте словами «Отель-Отель».

Хантер толкает ладонью крутящуюся дверь, тепло затягивает его внутрь, у него перехватывает дыхание, на зеленом полу остаются черные следы.