Битва Авраама

– Я говорил, что тебе понравится, – прошептал Сапир. – Такое не может не понравиться!

На озеро опустились дикие утки.

Лебеди и пеликаны скользили по воде.

Орлы парили, охраняя эту идиллию…

Аврам громко вздохнул.

Солнце уже скрывалось за горой.

Тигр попятился.

Медведь зачерпнул воду лапой и повернулся, чтобы уходить…

Бойня

Садилось солнце.

Заканчивалось чудо единства.

И вдруг резко вскинула голову лань.

Дернулся олень.

Взметнулась голова льва.

Свист прорезал тишину.

Вздрогнул Сапир… Он понял, что происходит.

Аврам увидел, как стрела вонзилась в ногу медведю.

Он взвыл, рванулся прочь, но вторая стрела уложила его на землю.

Тучи стрел обрушились на животных.

Аврам застыл в испуге.

На его глазах падали сраженные звери.

Они метались из стороны в сторону, натыкаясь на воинов Нимрода.

Да-да, это он, царь Вавилона Нимрод, пришел в долину убивать.

Он сидел на коне и, подняв свой легендарный лук, стрелял и стрелял, молниеносно меняя стрелы.

Его слуги, размахивая красными тряпками, сгоняли зверей в одно место, сжимали кольцо.

Улюлюканье и свист наполнили долину.

И стоны зверей, не понимающих, что происходит и почему, рвались к небесам!..

Сапир мертвой хваткой держал Аврама.

Тот пытался вырваться, умолял…

– Что они делают?! – кричал. – Их нельзя убивать! Нельзя!

Ужас стоял в его глазах.

Но Сапир не смотрел ему в лицо.

Прижимал к скале и сам плакал. Но держал, держал, не отпускал мальчика.

– Ты ничего не сможешь сделать, любимый мой Аврам. Что ты сделаешь против Нимрода!?

Падали сраженные орлы, бились крыльями о землю, пытаясь взлететь.

Газели, пронзенные насквозь, замирали в прыжке и падали набок.

Волки с оскаленными пастями лежали на земле, и глаза их остановились на заходящем солнце.

Войско Нимрода окружало их.

Нимрод никогда не промахивался.

И сейчас бил наверняка.

Да, шло убийство…

Казалось, сама земля сочится кровью.

Ручьями она стекала в воду.

Озеро на глазах становилось красным.

Первым прорвался тигр.

Он смял воинов Нимрода и огромными прыжками стал уходить в горы.

Стрела торчала у него в боку, колыхаясь при каждом прыжке.

В устроенную им брешь рванулись газели, горные козлы…

Лев, облепленный стрелами, из последних сил крушил слуг Нимрода.

За ним уходили те, кто еще мог двигаться.

Но только немногие прорвались.

Сотни и сотни птиц полегли на земле и при взлете.