Я тебе принадлежу

 – Твоё поведение и ты сам мне никогда не был по душе. Ты скользкий, самовлюблённый и не прошедший стадию становления личности парень, – скривившись, оглядывает меня. – Но Николай прислушался к рекомендации своего знакомого и решил попробовать пустить тебя в управление, посчитав, что так для компании будет лучше. Свежий взгляд на бизнес и приобщение молодёжи к честному ведению дел, – пародируя Шпарского, он машет руками в его стиле. – Я же с ним никогда не был согласен, но был вынужден смириться, потому что тогда моё мнение не учитывалось.

– Не понимаю, к чему вы ведёте, – прерываю его, демонстративно натянув улыбку. – И прошу оскорбления в мой адрес оставить за дверью. Или же самому за ней оставаться.

– Я ещё тебя не оскорблял, мальчишка, – отмечает он, скрипнув своим отвратительным смехом. – К чему я веду? Так это к тому, что мой друг ошибся, но понял свою ошибку в самом конце, к моему счастью. Николай успел вовремя исправить свою ошибку, но не до конца… поэтому ты ещё в кресле генерального заместителя.

– И всё же, именно я сижу сейчас во главе компании и буду здесь сидеть.

– Это ненадолго, – самодовольно проговаривает. – Я позабочусь о том, чтобы тебя как можно скорее выгнали из компании, и ты не поверишь, но ты мне даже помог, – вновь начинает смеяться. – Но прошу отныне не приставать и даже не приближаться к моей крестнице. Иначе мои сыновья поговорят с тобой и разъяснят, что значит трогать то, что нельзя.

– Игнат Борисович, это моё дело, к кому приставать и что делать, – произношу, наклонившись к нему.

 – Вы правы, мы с вами не друзья. И к вашему мнению я прислушиваться не намерен.

– И зря! – выдыхает, отзеркалив меня и также наклонившись ко мне. – Мальчик, знай, что скоро ты не сможешь устроиться ни в один офис. Я сделаю для этого всё, что потребуется. Единственное место, куда ты сможешь устроиться, – в общепит на кассу. Или уборщиком.

– Угрожаете, Игнат Борисович? – уточняю, намеренно издеваясь над стариком.

 – А что, если наоборот? После оглашения завещания я уволю вас? В отличие от вас, мне даже делать ничего не придётся. Старики никому не нужны, Игнат. Подумайте об этом, – проговариваю, насмешливо глядя на нотариуса. – Стоит быть повежливее с будущим владельцем компании, – советую ему, но внезапно в мою голову приходит гениальная мысль. – Но знаете, я готов простить вашу грубость взамен на ночь с вашей белокурой крестницей.