Когда позовет смерть

Это был своеобразный экскурс… – она помолчала, – ну, да неважно. Оказалось вполне даже познавательно.

– Схожу-ка я за братом, – сообщила Маша, вставая.

Картина не изменилась: Арсюша как прилепился к своему компьютеру немедленно после завтрака, так до сих пор от него и не оторвался. Ноутбук был маленький, удобный, как раз такой, чтобы поместиться на откидном столике его кресла; ко всем его прочим достоинствам, он был еще и ударопрочный – дядька расстарался. Кресло на колесах – тоже замечательное, последнее слово техники: эргономическое, регулируемое и по высоте, и по ширине, и под разными углами, с толстыми резиновыми шинами и мощным, но почти бесшумным моторчиком, который подзаряжается от обычной розетки: такое кресло наверняка стоит как малолитражка, но дети-инвалиды получили их бесплатно – случается в жизни и такое.

Маша без лишних слов выдернула из стоящего на столе телефона модемный провод – иначе брата ни за что не выловить из Интернета, он в нем практически живет, если только не спит.

– Немедленно марш гулять, – приказала она голосом строгой старшей сестры. – К соленому бассейну. И прихвати с собой полотенце, я тебя там оболью.

– О, господи, теперь из себя Дуче строить будет! – недовольно проворчал ее братец. – Как там погода? Ветра нет? Я-то надеялся, тебя уже сдуло…

Он нажал на кнопку, которая помещалась у него на правом подлокотнике, и, не дожидаясь сестры, рванул к выходу.

– Поосторожней! – выкрикнула Маша ему вслед.

Шины скрипнули по терракотовой плитке, оставляя черные полосы, и девушка поторопилась затереть их ногой.

Их поселили в уютном обсаженном кипарисами бунгало, из окон которого видно море – ночью они засыпают под шум прибоя, которого днем почему-то здесь почти не слышно. От маленькой открытой веранды – вернее, это был просто навес над каменной площадкой, где стояли два плетеных кресла и такой же плетеный стол – отходила довольно широкая мощеная тропка, такие же дорожки пересекали парк во всех направлениях: по ним прекрасно можно было гонять, что Арсений и делал время от времени, весьма сильно превышая ту скорость, которую можно было бы считать разумной. По крайней мере, для подобного экипажа.

Наконец Маша доплелась до бассейна и, задыхаясь, плюхнулась в шезлонг, где оставалось ее полотенце. Перед глазами поплыли темные круги: сил-то никаких. Арсений был уже здесь – выписывал восьмерки вокруг вазонов с цветами на противоположной стороне.