Два ее единственных платья

Потом покупаю ещё огурцов (по 62 – это хорошо,

в «Верном» они по 68), пучок зелёного лука,

лук репчатый —

этот в доме всегда пригодится, какой дом без лука

репчатого,

пучок укропа, салат в горшочке – по 35 (совсем отлично,

на соседней улице он по 52), перцы – свежий урожай, по 90,

на удивление уже покраснели, кончики чуть смяты, сочатся,

но ничего, обрежу.

Хочется, конечно, пахлавы – тут свойскую продают.

Делаю шаг к прилавку, но на плечо кладет упреждающе

руку деда Афоня:

«Бог с ними, с печеньками – эт всё баловство, сейчас же

лето,

возьми лучше фруктов.

Да и ты ж пироги на днях пекла – дома ещё стоят

не доедены».

Прав деда Афоня, что тут скажешь – покупаю ему черешни.

Залихватски тут же хлопает рукой по ближайшему ящику

баба Таня: «И арбуз возьмём! Самый большой!»

«А почему бы и нет?» – думаю я, иду к арбузам.

Баба Люда останавливает, укоряет: «Катя, да какие арбузы

в июле?

Непонятно ещё, из чего их там сейчас ростят,

какие фосфаты в них, химикаты.

Да и вообще: до конца недели ещё полнедели.

Нужно уложиться в бюджет. Лучше бы тебе поэкономить.

Купи в «Пятёрочке» редиску.

У них сегодня акция – пакет полкило по 39,90».

Виновато оглядываюсь на Бабу Таню, пожимаю плечами,

иду в «Пятёрочку» за редиской. Потом всё же возвращаюсь,

прикупаю несколько нектаринов для бабы Тани.

Они тоже сладкие.

Иду домой с тяжёлой сумкой, краешек пакета от черешни

Высунул нос из сумки, полощется на ветру.

У самого подъезда слышу тихое покашливание,

оборачиваюсь:

о, сам дед Семён Аристархович, пузико вперёд,

кепочка на затылочке! Ходит вокруг маленьким гогольком,

а глядит виновато: «Кать, может, того? По пивку?

Жарко же, лето, сама понимаешь».

Останавливаюсь. Вздыхаю. Думаю: нельзя обидеть

деду Сеню —

он же умер раньше других дедушек-бабушек,

я же его почти и не помню. Вот лис деда Сеня!

Достаю телефон, пишу смс:

«По дороге с работы купи два «Жигулевских», пжалста.

Совсем про него забыла».

«Рядом с моим бывшим домом по Коминтерна…»

Рядом с моим бывшим домом по Коминтерна

Была спортивная школа. Рядом с ней – спортивное

школьное поле.

Над полем висели на проводах кроссовки.

Люди говорили, такое – знак того, что здесь кто-то умер.

Люди говорили, такое – знак того, что здесь продают

наркоту.

Люди вообще у нас говорили много.