Тринадцатая редакция. Напиток богов

Зачем она на самом деле сюда вернулась? А вот об этом она никогда не напишет – даже в свой блог.

Было такое сказочное время, когда дедушка любил только одну Алису и привозил её на трамвае в выдуманный им самим Музей городских историй. Летом ли, зимой ли, ранним утром или на закате дня, Музей этот был загадочным и чуть зловещим, необъяснимым, как памятник давно исчезнувшей цивилизации, и притягательным, как фильм «Детям до 16». Ни одна Пещера Ужаса с ним бы не сравнилась.

Находился этот Музей… Да он где угодно мог находиться.

Были бы в меру мрачные, в меру проходные дворы – у дедушки всегда была наготове жуткая или смешная история.

Алиса и дедушка вступали под тёмные гулкие своды, проходили через пахнущий плесенью и кошками подъезд, выбирались на воздух и оказывались пленниками замка: двора без единой арки. Дверь за спиной со стуком захлопывалась. Алиса зажмуривалась, вертелась вокруг своей оси, раскинув руки, а когда открывала глаза – не понимала, с какой стороны они вошли в этот двор, и тут ей становилось по-настоящему страшно.

Алиса и дедушка измеряли двор шагами, прикидывая, не будет ли им слишком тесно в этой камере. Находили, что будет тесно, и очень скоро. И начинали планировать побег. Алиса подбегала к двери, которая, как ей казалось, привела их сюда, распахивала её – но не видела сквозного прохода. Только щербатые высокие ступеньки уходили вверх, в темноту. Следующая дверь. Следующая. Страх – всамделишный, ледяной, а не газированный – сковывал движения. Пути назад не было.

«Такой эффект. Внутрь можно войти, а наружу – уже нельзя. Придётся нам куковать тут вечно», – говорил дедушка.

«Как же жители попадают домой с улицы?» – испуганно спрашивала Алиса.

«Они влезают через окошко первого этажа, с той стороны дома. Поэтому всегда носят с собой приставную лестницу. Вот ты берёшь с собой приставную лестницу, когда выходишь из дома?»

«Не беру. А если постучать по подоконнику – нам спустят лестницу?»

«Нет. Они скажут – уходите, как пришли, а не то мы спустим собаку».

Наконец, дверь, ведущая в ещё один сумрачный двор – находилась. Там уже поджидала новая история. В этом дворе свершилось кровавое убийство – из мести, конечно. Имени мстителя, так же, как имени жертвы дедушка не помнил – давно это было. Но двор ничего не забыл: стоило войти в подворотню и крикнуть, даже совсем тихо – и стены возвращали, усилив многократно, последний крик человека, умершего здесь не своей смертью.