Комендант некромантской общаги

Под увещевания завхоза запихнула в себя ужин, проводила его. С трудом откопала в горе вещей постельное белье и, быстро заправив постель, провалилась в сон.

Некоторое время спустя в кабинете завхоза…

– Не обижайте девочку, охламоны!!! Или потом на меня не обижайтесь!!! – Сурово прищурившись, Пафнутий посмотрел на декана и домового.

– Но, Пафнутий Саврасович, – вскинулся декан.

– Цыц, я тебя еще первокурсником помню, молод еще мне перечить, я вас предупредил. Хорошая девочка, хваткая – наверное, гоблины в роду были.

 – Он довольно прикрыл глаза. – Чего сидишь, наливай…

Еще через некоторое время под окнами ректора…

Руководишь учебным заведеньем,

Где маги юные балбесят и чудят?

С Земли бабуля – вот твое спасенье,

Общаги некромантской комендант!

Все в академии к эпатажу склонны,

А интерьер печален, бледноват.

Дом обустроит Марья Спиридонна,

Общаги некромантской комендант!

Забудь о неуютности и грусти,

Профессор, домовой или мигрант,

На страже быта – бабушка Маруся,

Общаги некромантской комендант!

(стихи предоставлены Анной Иволгой)

Нестройное громкое пение нарушало тишину.

Слегка покачиваясь, наша троица выводила хором переделанные под их случай стихи известного эльфийского барда. Вылетевшие из окна ректора три крошечные шаровые молнии заставили их ретироваться.

– И ваше спасение тоже, – проворчала, опять засыпая, ректор. – Надеюсь, хоть она с вами справится!

А наша усталая героиня мирно спала без снов, даже не подозревая, что в свои шестьдесят восемь лет она для кого-то маленькая девочка и, вероятно, имеет в роду гоблинов.

И о ней уже поют под окнами, и на нее возлагает надежды сонная грозовая драконица.

Глава 5.

Здравствуй, быт, или Что день грядущий нам готовит?

Мария Спиридоновна проснулась рано. Память ее никогда не подводила, и, хоть произошедшее с ней казалось чем-то невероятным, она четко осознавала, где находится и как тут оказалась. Сев на кровати, она огляделась.

Комната, в которой она находилась, была чистенькой, небольшой, но крайне унылой.

Из мебели в ней имелась кровать, двустворчатый шкаф, узенький комодик с зеркалом наверху и тремя выдвижными ящичками. Вся мебель была добротная, сделанная из темного дерева и покрытая лаком. Кровать, на которой сидела Марья, была из тех, что у нас называют «полуторка». На белом постельном белье (ну хоть тут не серое и черное!) она неожиданно для себя обнаружила знакомые штампики казенного имущества.