Тьма. По Цельсию близко к нулю. Политический триллер

– И долго она за вами следила? Или стучала?.. Не знаю, как правильно выразиться.

– Вы правы, она и тем, и другим занималась. Где-то около месяца тут пробыла. И, наглая такая, хочу заметить, могла войти в любой кабинет без стука. Даже к начальству. Как вы сейчас.

– Правда? Ну, что ж, – сказал я, но на упрёк не обратил внимания, – большое спасибо за помощь! Вы очень помогли.

– Обращайтесь, – бросила девушка мне в спину свою безразличность, когда я выходил из кабинета. Она сказала больше, чем должна была, наверно, сказать.

Словом, не только мне «повезло»: за короткий срок Вика насолила, видимо, всем, её не просто невзлюбили, а возненавидели, поэтому и поделилась коллега так легко информацией, которой обладала.

Когда я сел в машину, в душе возникло чувство, что я докопался до маленькой частички правды, но в следующее мгновение и она стала ускользать от меня. Что я узнал? Только то, что она не из Тихорецка. А выдавала себя за местного коренного жителя.

И вдруг всё отстранилось, краски поблекли, звуки заглохли, я не чувствовал собственных ощущений, потому что, казалось, и эта частичка правды исчезла – то, что мне рассказали, было легендой для коллег по работе, – и осталась только злость.

Несколько раз я ударил по рулю и панели управления автомобиля. Я не знал, что во мне может быть столько злости, что я могу бить кулаками не только по предметам… Окажись кто-то рядом, мог бы, наверное, ударить и человека в лицо! Мной просто воспользовались!

Я редко оказывался в такой ситуации, когда мне так нагло врали.

Только зачем и для чего? И вообще, что я так переживаю?!! Вор мне не брат, а потаскуха не сестра.

Выпустив дух, я поехал к дому, где якобы проживала Вика. Что скажут там? Если откроют калитку…

Глава 3

У меня закончились сигареты. Хотелось курить. Возле городского рынка имелся маленький магазинчик «Мир табака». Я всегда покупал там сигареты, обычно несколько блоков на месяц.

В дороге, где-нибудь на трассе, сигареты были дороже, или, того хуже, в продаже отсутствовала нужная марка сигарет. Курил я «Золотую Яву», сотку. Уже много лет.

Продавец меня знал. Торговал сам хозяин. Звали его Толик. Ему только-только перевалило за шестьдесят лет, но по новому закону до пенсии оставалось года полтора. Его слова: «Выйду на пенсию, брошу этот магазин к чёртовой матери!» казались пустыми.

Он привык, что я всегда беру оптом.