А у нас в квартире…

Кто бы что ни говорил, как бы не оценивал ту или иную вещь, какой бы модной, дорогой, красивой она не была, если человеку в ней некомфортно, если она не совпадает с его «образом Я», человек становится зависимым. И это всегда заметно. Кроме вербального способа общения, есть ещё и язык тела, которым управлять сознательно весьма сложно, а вот считываем мы его легко. Осанка, неловкость движений, спотыкания, неконтролируемые движения рук, подправляющих, поглаживающих, придерживающих тот или иной элемент одежды выдают отсутствие «родства» с ней.

Только самоощущение и зеркало, только ответ на вопрос, нравится ли тебе твоё отражение в зеркале, формируют свободу, раскованность, уверенность. Да, мы смотримся в других людей, как в зеркало, мы зависим порой от их отношения и оценок, но, если мы смотрим в это людское зеркало спокойно и с улыбкой, отражение нас не расстроит.

В общем, отношение моих мужичков и мужского костюма – дело сложное, и хорошо, что у них сейчас есть выбор, а костюм перестал быть универсальной одеждой на все случаи жизни.

Отличительная черта мужского костюма – пиджак. А вот основа его, основа всей мужской, а теперь и женской одежды – брюки. Если пиджак – консерватор, то брюки – натура переменчивая, непостоянная. Широкие и узкие, расклешённые и укороченные, со стрелками и без. А уж когда они попали в женский гардероб, с ними стало происходить что-то совершенно легкомысленное, вплоть до обтягивающих все возможные женские прелести лосин и легинсов (а ведь тоже – штаны!).

Мой роман с брюками начался где-то в начале семидесятых, в конце школы и начале учёбы в университете. В те годы в соседнем подъезде жила семья довольно известного учёного-международника. Так вот его жена, очаровательная казашка Дина, любившая сама шить и считавшая, что это должна уметь каждая женщина независимо от социального статуса, разглядев во мне верного последователя, стала подкидывать мне журналы «BURDA» с выкройками. Надо сказать, что оригинальная «BURDA» существенно отличалась от появившейся позже русскоязычной версии: она была в несколько раз содержательнее и интереснее, выкроек было огромное количество.

И там были выкройки женских брюк, причём расклешённых!

К нам тогда уже долетели отголоски движения хиппи, все мы немножко «хипповали», мальчишки вставляли клинья в брюки, осваивали гитары. Идейная составляющая движения отсутствовала напрочь, а вот атрибутика просачивалась.