Второй шанс

Он не строил из себя звезду, но к подобному обращению не привык. И грянул бы первый конфликт (не исключено, что для Жоры последний), если бы не третья ведущая – Маша Скворцова.

Она вцепилась Жоре в рукав и прошипела:

– Молчи!

Маша и Жора сдружились еще во время конкурса, когда его исход не был ясен. Принцип любого более-менее честного соревнования «Человек человеку волк» в данном случае почему-то не сработал. Как-то само собой сложилось, что Жора взялся неформально опекать Машу, а Маша – Жору.

Что бы ни судачили за их спинами, ничего амурного и, тем более, эротического, в их альянсе не было.

Оба оставались людьми семейными, у Жоры подрастала дочь, а у Маши сын. Просто, оказавшись вдруг в неизведанной и довольно агрессивной среде, они осознали, что надо искать точку опоры, и нашли ее друг в друге.

Еще одной ведущей, выигравшей многоэтапный и многолюдный конкурс, была родственница Андрея Константиновича…

– Обсуждаем моральный облик товарища Малявкина, – сказала Элеонора.

– Позор пьянице и дебоширу?

– Ему-ему.

– Я одного не пойму, – сказал Жора, оценивая свой внешний вид в зеркале, которое висело рядом с календарем, – он совсем умом тронулся? Сколько надо было вылакать и какой дряни, чтобы гнать порнуху в эфир?

– Малявкин свою меру знает, все операторы так говорят, – заметила Элеонора. – Я бы иначе спросила: его случайно кто-то подставил или нет?

Дима в очередной раз про себя оценил рассудительность и логику старшего редактора новостей.

– Ярик у нас Божий одуванчик на фоне других, хоть и выглядит, конечно, своеобразно, – обронил он.

 – Его не слышно и не видно.

– На его месте я, скорее, Омельченко могла бы представить, – подключилась к разговору Маша Скворцова, которая тщетно пыталась дозвониться главному санитарному врачу, чтобы взять у него статистику заболевших гриппом.

С ней никто не стал спорить. Стас Омельченко находился, по словам Баранникова, на условном сроке, то есть ему было сообщено, что он вылетит на улицу при первом же нарушении дисциплины.

Из всех операторов был он не просто самым пьющим, а безусловным лидером на этой кривой дорожке. Его штрафовали раз десять, отстраняли от съемок еще чаще, однажды уже увольняли, но добрый Андрей Константинович восстановил Стаса в должности после церемонии покаяния. Случись такое ЧП с Омельченко, никто не удивился бы. Ради теплой компании он мог сорваться и поехать через весь город и даже за город, а на следующий день очнуться только ближе к обеду.