Стокгольмский синдром

Нырнув под одеяло, она зажмурилась, уткнувшись лбом в его плечо, очень надеясь, что успела.

Почувствовав его цепкие пальцы у себя на подбородке, Майя судорожно сглотнула. Мерный прибой его дыхания коснулся ее щеки, и она открыла глаза, чувствуя на себе взгляд.

Тот самый. Наглый, пронизывающий до самых костей.

– Десять, – закончил отсчет Саймон, недобро прищурившись. – Ты хотела поцеловать меня?

– Да. На прощание.

– Так попрощайся со мной. Хуй знает… Может, я вообще не проснусь больше.

– Ты придурок, – обняв его за плечи, Майя прижалась лбом к его щеке прежде, чем поцеловать его в губы. Несколько более прохладно, чем ей хотелось бы. – И ничего такого с тобой не случится.

– Проследи за этим, детка. И, может быть, я займусь тобой. После кофе.

– Ты только снялся…

– Могу закинуться снова. Но вообще-то меня и без этого долго уговаривать не надо.

– Да ты секс-машина, Грешник!

Усмехнувшись, он демонстративно поиграл колечком в губе.

– Типа того.

Может статься, я позволю тебе порулить еще немного…

– Спи, Саймон.

– Ага… – он прихватил ее рукой, придвигая к себе максимально близко. – Не вздумай…

– Я уже поняла, что сон у тебя чуткий.

– Школа нашего гитариста, Микке Полссона, мы зовем его Марс. Ну, как Мик Марс[2 - Мик Марс, он же Роберт Алан Сил – гитарист американской рок-группы M?tley Cr?e.], поняла? Он как-то раз на гастролях вытряхнул меня из койки вместе с матрасом, просто, потому что был не в духе, – дав ей три секунды на реакцию и не получив никакой, Хеллстрем рассмеялся.

 – Ладно… Меня слегка нахлобучивает с отходняков, а это всегда нервы. Сплю как собака, и набрасываюсь так же. Кстати, ты как насчет догги-стайл?

– Ты всерьез спрашиваешь? – поинтересовалась она, проводя короткую черточку вдоль его выпирающей скулы.

– Неа… Мысли вслух. Прикидываю, как будет смотреться твой голый зад при дневном свете.

На этот раз они рассмеялись вместе, и это звучало так странно, что Майе стало немного не по себе.

И от этого забирало круче, чем от крепкого алкоголя.

Она не могла вспомнить момента, когда была влюблена в последний раз. Когда это вообще с ней случалось. Ей хотелось натянуть на собственное сердце какую-нибудь предохранительную мембрану, чтобы не втюриться в лежащего рядом мужчину. Да, трахается он как господь бог, но это еще не повод…

Майя хотела бы избежать магии. Но всерьез боялась, что опоздала с этим.