Хозяйка истории. В новой редакции М. Подпругина с приложением его доподлинных писем

 – Мы ведь провели с ними большую подготовительную работу.

Говорят, она в звании полковника.

Еще говорят, она владеет гипнозом[39 - Л. Я. Василевская гипнозом не владела. Она была специалистом в другой области.].

Но лично мне рядом с ней не очень уютно. Она, по-моему, сама это чувствует.

………………………………………………………….

Рассказала Володьке. Ему не понравилось.

– А не надо было соглашаться. И не связывайся больше, а то сядут и поедут на тебе, вот увидишь. Это их проблемы, их работа, пускай ищут, исследуют, экспериментируют, только ты тут при чем? Это же другое подразделение.

Другой профиль. У них свои обязательства. У тебя – свои. И у меня с тобой. Так что не ломай голову. Я пожалуюсь генералу.

Жалобщик такой!..

Беда, что сам генерал как раз и подстраивает. Но ведь действительно нельзя же на мне одной всю воду возить?

Спросила Володьку, а кто отбирал девушек?

– Есть люди. Да ты одного сама знаешь[40 - Вряд ли В. Ю. Волков имел в виду автора настоящих примечаний, с последним знакомство Е.

В. Ковалевой еще не состоялось.], – но не назвал кого.

– Уж не тебя ли? – спросила я, любопытствуя. – А ты? Ты не принимал участие?

Володька засмеялся:

– Глупая. Я с тобой с одной еле справляюсь.

И добавил:

– Они не москвички[41 - Как раз урожденные москвички составляли большинство, но В. Ю. Волков не был посвящен в подробности. К этим исследованиям он практически не привлекался, хотя его личный опыт был учтен во многих аспектах.].

29 июля

Сегодня со мной побеседовали.

Спрашивали, не ищет ли кто знакомства из посторонних.

Думаю, они это лучше меня знают.

– Нет, – сказала, – не ищет.

Зашел, кстати, и о телефоне разговор. Все верно. Объяснили:

– Это же в ваших интересах.

1 августа

А все-таки наша квартира напоминает бордель.

Надо все поменять, переставить…

3 августа

– Что же вы, Елена Викторовна, сны нам свои не рассказываете?

Вот гад, думаю, опять заложил.

– Ой, – говорю, – такая ерунда, даже повторять стыдно.

Дурочкой прикинулась.

Нет – не пройдет – хотят послушать.

– Да я позабыла уже.

Нет – не пройдет – надо вспомнить.

– И никаких деталей не опускайте.

Пришлось рассказывать.

Слушали очень внимательно. Задавали вопросы. Идиоткой себя ощущала. Да что же это такое в самом деле! Мне уже и сны мои собственные не принадлежат?

Вечером дома устроила Володьке нагоняй. Сказала, что больше никогда ничего не буду рассказывать. Если такой. Он дурачился, извинялся.