Невостребованная любовь. Детство

– Ну и какой чёрт тебя туда занёс? Зачем ты туда залезла? Господи, поди переломала все руки и ноги!

Расстроенная мать, чуть не плача, присела около дочки и стала ощупывать её руки и ноги. Ноги и руки девочки были целы, никаких других ран на её теле мать не нашла, но видела, что дочь не притворяется, что ей действительно больно. Тогда мать задрала платье дочки и стала щупать живот.

– Чё, шары выпучили!? – закричала на друзей Наташа, – пошли вон отсюда!

Мальчики повиновались, отошли метров на десять в сторонку и стали наблюдать издали.

– Идите, идите отсюда!

– Ещё раз крикнула Наташа, мальчики отошли ещё подальше. Мать прощупала весь живот, дочь не реагировала на её руки. Вставая с колен, мать задала вопрос то ли дочери, то ли самой себе:

– Да что же с тобой?

Расправляя подол платья дочки, мать увидела разорванные трусики и кровь в промежности.

– Что это? Ты действительно упала? Мальчики обижали тебя? – мать испугалась ещё больше, чем когда узнала о падении дочери.

 – Почему здесь кровь? Кто это сделал? – лицо Нади налилось кровью, страшные подозрения взбесили её, она вскочила на ноги, повернулась в сторону мальчиков и закричала не своим голосом:

– А ну! Идите сюда!

Наташа села и стала успокаивать мать.

– Мама, они не виноваты, я сама залезла на берёзу и сама упала. Пусть они не подходят, я их стесняюсь. Когда падала, я зацепилась за ветку трусиками.

– Стойте! – подняла руку Надя, предупреждая мальчиков, дав понять им не подходить ближе, опустилась около дочери, – я хочу посмотреть.

Мальчики остановились там, куда успели подойти.

– Нет! – Наташа отказалась раздвигать ноги.

– Я твоя мама, меня стесняться не надо!

– Нет! – противилась рукам матери девочка.

– Я тебя каждую неделю мою в бане, ты же этого не стесняешься, – настаивала мать.

– Нет! – стояла на своём девочка.

– Тогда я позову мальчиков и… – мать ещё не договорила, а Наташа поспешила остановить мать:

– Нет, не надо мальчиков!

– Тогда позову отца.

– Нет, нет, нет! – только не папу!

– Ну, и что мне делать? Уходить домой? Надоест лежать, сама придёшь?

– Ну, ладно, смотри, – сдалась девочка и раздвинула ноги: одна половая губа была глубоко поранена, такая же глубокая рана была на лобке.

Мать выдохнула – это было явно не изнасилование. Надя взяла дочь на руки и понесла домой. Она, едва переставляя ноги, перешагнула порог дома и устало положила дочь на кровать.