Как я в Новую Зеландию ездил. Рассказы хирурга

Так же, как отказать в операции только потому, что «мне кажется, что вы украли у меня деньги»…

У ИСТОКОВ

Я стою возле холодного ключа на Талачах и не могу налюбоваться. Это таёжный курорт на моей малой родине в Кыринском районе Забайкалья. Вода в нём лечебная, говорят, с радоном, многим помогла. Тому свидетели многочисленные таблички из дерева и жести на окружающих деревьях. На всех слова благодарности. В детстве я был болезным пацаном, привыкшим к частым простудам и запаху пенициллина в нашей больнице, где частенько лежал.

Перед школой мой отец, долго не думая, привёз меня на этот курорт. Помогло. Больше не болел. И этот лечебный эффект закрепляя, я каждый год летом на две недели отправлялся с родителями сюда. Поэтому я знаю здесь каждую тропинку, каждый ключик. Люблю пробраться через шиповник и малину вдоль жёлоба, по которому течёт вода, к самому-самому началу. Это завораживает. В горе под корнями и кустами есть небольшая ямка, которая постоянно наполняется водой, вытекающей из земли. Вода шевелит песок и камешки на дне ямки, капает сверху с корешков. Периодически откуда-то выскакивает пузырёк и лопается на поверхности. Откуда она течёт? Почему никогда не кончается? Где-то на дне угадываются брошенные когда-то монетки, которые сейчас такого же цвета, как песок. Отец всегда запрещал их собирать: «Не тобой и не для тебя положено». Вода очень холодная. Гидрологи измеряли, 2—3 градуса говорят. Если подержать в этой воде руку, то скоро она перестаёт боль чувствовать. Занозы хорошо удалять. Вода, вытекая из земли, собирается в желобок, выдолбленный из дерева, по нему протекает в кабинку, в которой, охая и кряхтя, принимает «ванну» (так говорится) под падающей сверху струёй очередной отдыхающий. Остальные ждут своей очереди под навесом, покуривают и ведут неспешную беседу. Дальше ручеёк бежит с крутой горы, то исчезая во мху, то появляясь на камешках. Потом впадает в горную речку. Та болотится на равнине, но пробивается рано или поздно в Былыру. Есть такая речка в нашем районе. Мы там пацанами как-то тайменя поймали на перемёт и ленков с дюжину. С ночевой ездили на двух мотоциклах «Урал». Ночевали тогда у костра, и на мне периодически тлела от искр телогрейка. Я нашел выход – поставил рядом кружку с водой. И как только сквозь сон чувствовал запах горелой ваты, просыпался, поливал тлеющее место на телогрейке и снова засыпал.