Возвращение Кастанеды

Каждое существо этого мира запрограммировано на выполнение каких – то конкретных задач? Эти программы создают их восприятие и обеспечивают их бессознательный сон. Например программа власти? Почему человек жаждет власти? Потому что есть комплекс неполноценности. Можно с уверенностью сказать, что каждый кто хочет власти – убогий. А тот, кто хочет духовного развития – духовно убогий. Каждый кто чего – то хочет – убогий. Все желания рождены нашей убогостью. Но это и хорошо. Так как люди могут стать воинами и добиваться чего – то? Карлос, одним из наставлений, которые ты оставишь этому миру, должно быть указание для будущих нагвалей.

Тенсегрити – это баловство. Это оздоровительная гимнастика для тела. Связь с духом тенсегрити имеет, пока ты находишься в миру. После твоего ухода – это выродится в оздоровительную гимнастику. Реальную силу имеет желание людей добиваться решения своих проблем. Поэтому оставь им конкретные задачи, выполняя которые, они будут увеличивать личную силу и духовно расти. Благодаря этому, они успешно отобразят твои три зубца, а четвертый зубец им даст Элихио. Он поможет нагвалям достигшим твоего уровня, зажечь огонь изнутри и перейти в третье внимание. Дон Хуан внимательно взглянул на меня, лицо его странно перекосилось. Больше не сказав ни слова, он стремительно вошел в дом. Недоумевая, через несколько секунд, я последовал за ним. То, что я увидел, ошеломило меня настолько, что я вынужден был прислониться к косяку двери. В доме никого не было. Пол в хижине провалился. Отовсюду из щелей лезла трава. Толстый слой пыли. На стене висела старая соломенная шляпа. В середине шляпы зияла дыра. Я знал, что не найду здесь Дона Хуана. Даже следов его здесь не было. Здесь было кладбище, шляпа на стене олицетворяла надгробие. Я вышел и сел на веранде. Незаметно я оказался на месте силы, которое с трудом нашел во время испытания, устроенного мне Доном Хуаном. В ушах звучал голос Дона Хуана: Карлитос, Карлитос..! Я решил пожить здесь несколько дней, в надежде, что Дон Хуан вернется, а также обдумать его наставления. Я сходил к джипу, принес вещи и продукты. Сходил за дом, нарвал веток и подмел в доме. Разжег очаг во дворе и нагрел воды в небольшом котле. Вечерело… Я выбросил крошки, оставшиеся от ужина и стал разглядывать красивый закат. Вспомнил, как Дон Хуан говорил мне, что сумерки – это трещина между двумя мирами. В сновидении я наблюдал странный огонь, который вспыхивал сам по себе. Осознав этот момент, я протянул руки к огню. Руки не обожгло.