Новая судьба

Предвидя вопрос: «Зачем?», объясняю – надо! Так как же их звали?

Немного поколебавшись, Орлов все-таки перечислил:

– Бан, Бакс, Лапша, Тиль, Грач и Ханум.

– Спасибо, Владислав Николаевич, – сказала я и спросила: – А как вы думаете, куда делись еще два человека?

– Не знаю, – пожал он плечами.

– Значит, несмотря на его болезнь, придется обратиться к Георгию Дмитриевичу, – решила я и, повернувшись к Вадиму, спросила: – Где он? В гостевом?

– Нет, Лена! Он в доме, но поговорить с ним, к сожалению, невозможно, – отводя взгляд, сказал Вадим.

 – К нему нельзя.

– Почему? – насторожилась я. – Что происходит?

– Я не стал тебе говорить, чтобы еще больше не волновать, – смущенно сказал Вадим. – Дело в том, что у Георгия Дмитриевича был очень сильный сердечный приступ.

– А почему он не в больнице? А Ирочке вы сообщили? – всполошилась я.

– Нет, – покачал головой Вадим. – Он категорически запретил беспокоить Ирину Георгиевну. Сказал, что свадебное путешествие только раз в жизни бывает.

А от больницы он наотрез отказался, заявив, что здесь, рядом с близкими людьми он скорее поправится.

– Не ври, Вадим! – отрывисто бросил Орлов и, повернувшись ко мне, дрожащими губами произнес: – Дядя Гера умирает!

– Как умирает?! – воскликнула я, на мгновенье растерявшись от этой новости, но тут же взяла себя руки и спросила Орлова: – И, что, никакой надежды нет? – В ответ тот только грустно покачал головой. – Ну, уж нет! – мгновенно взъярилась я.

 – Еще чего! Нашел мне время умирать! Да кто бы ему дал?! Он мне живой нужен, значит, таким и будет!

И я бросилась бегом вниз к комнате, где находилась оборудованная по последнему слову медицинской техники своеобразная мини-больничка для обитателей усадьбы, здраво рассудив, что Остерин мог быть только там. Вадим немного задержался, чтобы запереть кабинет, а Орлов побежал вслед за мной. Подбежав к двери, я чуть приоткрыла ее и увидела лежащего с закрытыми глазами на кровати Георгия Дмитриевича, которого держала за руку сидевшая в стоявшем рядом с кроватью кресле Нина Максимовна.

На каком-то приборе, от которого к Георгию Дмитриевичу вели разноцветные проводки, на фоне черного экрана нервно пульсировала кривая зеленая линия, и со стороны казалось, что это старый, больной и бесконечно уставший тигр, напрягая остатки последних сил, пытался убежать от своего самого страшного врага – смерти.