Сказка Востока

 – Ну, если о земном, то с помощью этого прибора можно определить точное расстояние до той горы, ее высоту, и даже глубину вон того колодца.

– Нужная вещь, – сразу оценил Тимур. – Возьмем ее на вооружение. А ты, как властелин этого замысла, будешь получать жалование, ну, скажем, десять дирхемов в месяц, чтобы моих детей не обирал.

– Благодарю, Повелитель. Сама возможность заниматься астролябией – такое удовольствие, что плата мне не нужна… Позволь лишь по ночам звездным небом любоваться.

– Хе, а кто будет со мной в шахматы играть, и чем там любоваться, они так ничтожны?

– Ничтожна твоя плата, а звездное небо бесконечно, – и пока Тимур хмурил брови, продолжил, – звезды о многом говорят. Особенно о твоем Величии.

– Гм, – кашлянул эмир Тимур, видимо, в очередной раз простил старца.

– А что ж ты даже днем в этот прибор глазеешь?

– А вон, видишь, словно тобой откусанная, бледная Луна над горизонтом зависла?

– Что значит – «мной откусанная»? – начал было гневаться Тимур.

– О Повелитель, – ты в масштабе Вселенной!

– Хм, – вновь подобрело лицо Тимура. – И что творится со Вселенной?

– Много интересного, – когда Молла Несарт с любовью касался своего прибора, то казалось, что он просто молодел, сияя лицом. – Вот расчеты подсказывают – через один солнечный цикл, значит, где-то в середине апреля в этих широтах, точнее, чуть севернее, возможно, будет солнечное затмение.

– О Всевышний, – встревожился Тимур. – К чему это предсказание?

– Это не предсказание, а вероятный расчет, – Молла погрузился в свои дела. – И, как мне кажется, в этот же период жар Солнца усилится… Весна, таяние снегов, реки выйдут из берегов.

– Интересно, очень интересно, – о своем задумался Тимур. – А ну пошли играть в шахматы, – только эта игра позволяла ему систематизировать свои мысли.

Что бы ни писали историки, а Тимур был великий стратег, он еще не раз все выпытывал и испытывал астролябию Моллы Несарта, но в то же время вел свои расчеты, что-то прикидывая и выгадывая.

И даже когда разведка донесла, что передовые отряды Тохтамыша вплотную подошли и кое-где вступают в боестолкновения, Великий эмир не давал команды вступать в бой. Он все еще хитрил, усыпляя бдительность золотоордынского хана, ведя дипломатические переговоры, обещая послам – вот-вот он уйдет.