Поправка Джексона

– Он же собирался в партию, – только и нашелся, что сказать, Васин отец.

– Он передумал, – с непроницаемым лицом ответила Броня. – Исаак Ефимович, вы же знаете своего сына: семь пятниц на неделе.

– Но почему? – с отчаянием спросила Васина мама.

– Циля Моисеевна, ну посмотрите на наши жилищные условия. У нас с вами комната пятьдесят четыре квадратных метра. При норме в четыре метра на советского человека, даже если у нас с Васей родится пионерский отряд, нам всё равно ничего не светит. Мы так и помрем в этом мавзолее.

– Не смейте оскорблять!.. – вдруг гневно вскричал Исаак Ефимович и торжественно добавил, подняв указательный палец: – …Святую память. Мы войну прошли, фашистов победили, а вам квартиры отдельные подавай! Страна восстанавливается, а вы…

– Вот и восстанавливайте, – перебила его Броня и повернулась к Васе. – Васенька, я не хочу семейных разборок. Ты поживи пока здесь, а я, как мы договаривались, переберусь к маме. Завтра созвонимся и поедем в ОВИР. Пора подавать документы.

Ранним утром 5 апреля 1978 года Вася с Броней, родственниками и друзьями собрались в аэропорту Пулково.

Васины родители после долгих мирных и не очень разговоров наконец сдались и дали разрешение на отъезд, но в аэропорт не приехали. Вася чувствовал себя ужасно, но, стараясь не показывать боли, вымученно всем улыбался. Броня понимала, что с ним происходит, проклинала его чертовых родителей и постоянно старалась его отвлечь. Илюша ей в этом помогал. С ребятами он прощался ненадолго: он уже сдал все документы в ОВИР и ждал разрешения. Бронина мама эмигрировать вместе с дочерью не могла. Она не так давно познакомилась с очень хорошим человеком, и он сделал ей предложение. Но мама обещала, что постарается обработать своего нового мужа, и скоро они с Бронечкой соединятся.

Броня держала Васю за руку, как держат ребенка, чтобы он не мог убежать. И, словно прощаясь навсегда, с болью в душе и слезами на глазах смотрела на маму. Тем не менее она нисколько не сомневалась в том, что делает все правильно.

3. Илья Кричевский

Из тройки друзей Илья был самым обеспеченным, самым легкомысленным, но и самым талантливым. Его отец Лев Борисович Кричевский был известным ленинградским архитектором. Отсюда и огромная, богато обставленная четырехкомнатная квартира на канале Грибоедова, из окон которой был виден Невский проспект. У Ильи была собственная комната и фотолаборатория, милостиво выделенная ему в одном из многочисленных чуланов в квартире.