Иметь и не потерять

По пятнадцать часов работать я теперь не смогу. Другого мастера ищите.

Бурукин был явно озадачен таким поворотом дела, но быстро согнал с лица налет растерянности.

– Ты, Дмитрий, лошадей-то не гони, слететь с обрыва не долго. Все не так просто, как ты думаешь. Мы теперь с тобой одной веревочкой повязаны, не шибко разбежишься. – Он пытливо поглядел Митьке в глаза, ища в них хитринку или холодок робости, но ни того, ни другого не уловил и продолжил: – Кооператив, Дмитрий, мелочи. Я мыслю всю нашу фабрику взять в аренду, а в дальнейшем, возможно, и в собственность оформить ее удастся.

В руководстве страны раскол пошел. Наверняка большие перемены будут во всем – московские друзья намекали. А мы этот момент и постараемся уловить. Представляешь, какие перпективы могут тогда открыться! Ты вот хотел бы заработать миллион?

Митька опешил от такого вопроса, с недоумением глядел на директора, не понимая, шутит он или всерьез пытается его прощупать. «Что это он погнал? – терялся Митька в догадках.

 – На новую блесну, что ли, поймать меня хочет?» В груди у него что-то задрожало, тоненько-тоненько. Эту непонятную дрожь растерянности Митька уловил еще в больнице, «обсосав свою жизнь, как сухую тарань», начиная от возврата с армейской службы до болезни. В противоречиях и утверждениях, поисках правильных, на его взгляд, вешек на будущее, и ощутил он этот эфемерный перепляс души.

– Чего молчишь? – Бурукин таил в глазах едва заметную улыбку.

– А зачем мне миллион? – заиграл простака Митька.

 – Машина у меня есть, квартира – тоже. И все остальное не хуже, чем у других.

– Не можешь ты, Дмитрий, вылезти из деревенских штанишек, – продолжил игру в словесные поддевки Бурукин. Ему или нравилось путать мысли простого, не обладающего высоким образованием человека, или хотелось поиздеваться над упрямым работником. – Есть вещи, Дмитрий, покруче машин и квартир. Разве тебе не хотелось бы побывать, например, на Гавайских островах или, скажем, в Бразилии?

Митька усмехнулся:

– Чего я там потерял? Чужая страна, чужие люди.

Да и кто меня туда пустит?

– Голова ты садовая, Дмитрий, – гнал свое Бурукин. – При чем тут страна и люди? В райских местах побывать отрадно, человеком себя ощутить в полную силу – вот цена вопроса. И сдается мне, что скоро иные времена наступят – все эти заграничные препоны отменят.

– А я и здесь, в Сибири, райские места знаю.

– Ладно. Хватит воду толочь в ступе, – посерьезнел Бурукин.