Степь отпоёт (сборник)

Из звезд морских, костей и ниток,

И ракообразных, и улиток,

Многосаженных ужей,

Подводных раков и ежей

Могильным сводом дикий мост

Здесь выгнула земля,

Огнув кольцом высокий рост

Утесов стройного кремля.

Давно умершее жилище,

Красноречивое кладбище,

Где высок утесов храм

Старой крепостью лучам.

Неутомимая работница,

Гробов задумчивая плотница,

То тихий отдых, то недуг,

Своим внимательная взором,

По этим пажитям усталым

Свой проведи усталый плуг.

Давно обманут кубком малым,

Давно разбит я в бурях спором,

Давно храню отчаянья звук!

Приход той славит, кто устал,

Кто прахом был и прахом стал!

VII.

Слушай: отчаялось самое море

Донести до чертогов волну

И умчалося в пропасти, вторя

В вольном беге коню-скакуну.

Оно вспомнит и расскажет

Громовым своим раскатом,

Что чертог был пляской нажит

Дщерью в рубище лохматом.

Вдруг вспорхнула и согнулась

И, коснувшись рукою о руку,

Точно жрец, на других оглянулась,

Гусель гулких покорная звуку.

Не больше бел зимы снежок,

Когда, на пальцах ног держась,

Спрямит с землею сапожок,

Весенней бабочкой кружась.

Она легка; шаги легки.

Она и светоч и заря.

Кругом ночные мотыльки,

В ее сиянии горя.

Море вспомнит и расскажет

Грозовым своим глаголом,

Что чертог был пляской нажит,

Пляской в капище веселом.

Синеет река,

От нас далека.

В дымке вечерней

Воздух снует.

Голос дочерний

Земля подает.

Зеленых сосен

Трепет слышен.

И дышит осень,

Ум возвышен.

Рот рассказов,

Взор утех.

В битве азов

Властен грех.

Я еще не знаю, кто вы,

Вы с загадочным дерзанием,

Но потоки тьмы готовы

Встретить час за нее лобзанием,

Но краса таит расплату

За свободу от цепей.

В час, когда взойду я к кату,

Друг свободы, пой и пей!

Вспомни, вспомни,

Как погиб!

Нет укромней

Стройных лип.

Там за этой темной кущей

Вспомни синий тот ручей,

Он, цветуще-бегущий,

Из ресниц бежит лучей.

Две богини нами правят!

Два чела прически давят!

Два престола песни славят!

Хватая бабра за усы

В стране пустынь златой красы,

На севере соседим

С белым медведем.

VIII

Как чей-то меч железным звуком,

Недавно здесь ударил долг.

И, осужденный к долгим мукам,

Я головой упал, умолк.

На берега отчизны милой

Бросал я пену и буруны.

Теперь поник главою хилой,

Тростник главою желтострунный.