Дом проблем

Вечером к Мастаеву пожаловали земляки, советовали уехать, либо на время схорониться. А куда Нажа уедет? На кого бросит семью? А тут казах-управляющий сам Мастаева в гости позвал, там же и та немецкая семья. Это казах в знак замирения зарезал большого барана. Плов, бишпармак… Казалось, на этом инцидент исчерпан. Да ровно через неделю, прямо во время совещания в конторе совхоза Мастаева арестовали. А казах вслед через окно кричал:

– Шешен, Мастаев, клянусь Аллахом, я слова никому не сказал. Это не я, поверь! Прости!

Учитывая прошлые «заслуги», Мастаеву светило лет пятнадцать.

Но он более-менее грамотный, да и совхоз дал положительную характеристику – восемь лет лагерей.

Он вкалывал на шахтах Темиртау уже год и надеялся, что за хороший труд его досрочно освободят, как пришла страшная весть: жена и старшая дочь подбирали на поле после жатвы зёрнышки – поймали. В карманах восемь килограммов зерна – по восемь лет лагерей. Жена то ли покончила собой, то ли её убили. А старшую дочь Мастаева отправили далеко на север.

Говорили, что кто-то видел её на пересылке в Магадане. Словом, и она пропала.

Если бы не младшие дочь и сын, Нажа в зоне зачах бы. Да ради них, своих детей, что ныне в детском доме, он только и пытался жить.

Через шесть лет каторжного труда его перевели на вольное поселение – посёлок Текели, что на краю света. Там Мастаев обзавёлся маленьким бараком, туда и перевез детей. Дочь вышла замуж, сын женился, уже был внук Ваха, да от этого жизнь не улучшилась. Всех чеченцев реабилитировали, позволили вернуться на Кавказ, а Мастаевы – изгои.

И если не раз битый Нажа всё это терпел, то его сын стал искать правду в американском консульстве. Такое советская власть позволить не могла – Гана в тюрьме сгинул.

…И всё же жизнь продолжалась. Через много-много лет вернулся постаревший Нажа Мастаев в родной Макажой. Был счастлив хоть оттого, что помрёт на родной земле. А родная земля в запустении – оказывается, тоже хозяина ждала. И эта земля, эти горы, родниковая вода и альпийский воздух буквально оживили его… Теперь у него крепкое хозяйство, дом, и главная примечательность – пасека.

С утра натощак выпьет он большой глоток пьянящего мёда, и к ульям, как и пчёлы, весь день возится по хозяйству. Только на выходные небольшое послабление – Ваха из города приедет. Доволен Нажа внуком: скромный, крепкий, работящий. И надо бы женить, но своего угла в городе нет, и невесты вроде нет. А тут как-то Ваха приехал в Макажой весьма озабоченный, угрюмый.