Когда «Мерло» теряет вкус

Может, действительно, моя мама ее отправила, чтобы я в гости приехал, а теперь стесняется признаться…

– Ну… Что могу сказать… Ты свою маму лучше знаешь.

Я солгал Паше. Я действительно хорошо знал свою маму, и знал, что она не могла отправить эту телеграмму. Тогда кто? И – еще более важный вопрос – зачем?

Пар клубился над чаем, красиво клубился. Я задумчиво намазывал на хлеб масло.

– Кто тебе звонил так срочно и настойчиво?

– Сестра Алексея.

– Что случилось?

– Ничего. Просто в компании вчера одно недоразумение произошло.

– Какая порядочная девушка. И Алексей воспитанный мальчик. Сразу видно – порядочная семья.

Мы встретились с Наташей около центрального выставочного зала. Она была вся в черном, плюс подведенные темно-синим глаза и веки, и пепельного цвета губная помада. Она протянула мне тоненький «вог»:

– Будешь?

– Я, между прочим, бросил два месяца назад. Так что больше меня не искушай.

– Ну извините, – раскланялась она в реверансе.

– Что-то случилось – ты в трауре? – спросил я.

– Не-а. Все нормально. Просто выбрала на сегодня такой стиль. Я вообще черный цвет люблю.

– Да, тебе идет.

– Спасибо.

Не докурив сигарету, она бросила ее в урну:

– Ну что, пойдем… Мне тоже пора бросать курить.

В центральном выставочном зале картин было немного. Преобладали горно-степные пейзажи, сюрреализм и кубизм в желто-коричневых тонах.

– Почему здесь все так любят желто-коричневые цвета?.

– Цвет степи, пустыни, скал – цвет Азии, – неуверенно ответила Наташа, – но мне тоже не нравится.

– Впрочем, это своеобразно. Можно говорить об определенной стилистике…

Кроме нас по залу бродил сморщенный мужичок лет пятидесяти, наполовину лысый, наполовину седой.

– Видишь? – кивнула на него головой Наташа и продолжила шепотом: – Омурзаков, известный художник. Четверть выставленных здесь картин – его. Сам ходит и на них смотрит, – рассмеялась она. Я тоже усмехнулся.

– Поехали дальше? – глянула она на меня невинными голубыми глазами из под темно-синих – почти черных – век.

– Поехали. Куда?

Мы посетили три частных галереи. Наташа весело вышагивала впереди, прилежно и вдохновенно исполняя роль гида, водящего иностранного туриста по местным достопримечательностям.

– Как тебе? – выйдя из последней галереи и спрятав глаза за солнцезащитными очками, спросила она.

– Некоторые вещи понравились… – пожал я плечами.