В мире животных и немного людей

Ближе к часу ночи он ложился спать, чтобы проснуться в шесть утра и повторить день, ничем не отличимый от вчера.

Григорий стал чаще замыкаться в себе, боясь делиться с близкими своей болью, страхом, что это навсегда. День за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем, с единственным перерывом на отпуск – две недели летом, где-нибудь за границей, на море или в горах. Лисичка настаивала: необходимо откладывать денежку для отпуска. Придумывала столько всякого разного, куда можно поехать отдохнуть, а Григорий ей в ответ покладисто кивал.

– Может сюда? – она показала рекламу тура на двоих со скидкой. Отель в пяти минутах от лазурного берега, в трех часах от столицы южной страны.

– Давай.

– Точно?

– Главное, чтобы тебе нравилось.

Ей ничего не нравилось. Или ей нравилось все.

Лисичка была созданием половинчатым, недаром шерсть по позвоночнику делилась на черное и белое.

С болезнью тяжело справляться.

Личностью она была такой же: либо все хорошо, либо все плохо, и Григорий никогда не знал, в каком положении ее качели будут завтра.

Но терпел.

И работу он терпел.

Ему задерживали премию, и чувствовалось в этом некое оскорбление. Другим же выплатили, наверное. Хотя откуда ему знать, он не спрашивал, стеснялся. Про деньги в коллективе не принято говорить. Но все равно говорили. В курилках, туалетах, около кофейного аппарата после летучки во вторник.

Григорий заволновался: если его в понедельник уволят, то как тогда без него пройдет летучка?

Кто его заменит? Вепрь из отдела по реализации строительной техники? Он завистливый истерик, любит внимание.

Недавно проколол себе ухо, якобы это круто, и вовсе не кризис среднего возраста. С таким же успехом он мог купить себе мотоцикл, только вряд ли его пятачок поместится в шлеме. Помнится, с каким трудом он пытался поставить на место бегемотиху из отдела внешних связей. В ответ она смешала его с говном, а другие смехом поддержали. Насела сверху, и стало просто и легко.

Вообще бегемотиха ничуть не лучше.

Такие всегда действуют по указке у других, сами они ни на что не способны. Пес, бывший менеджер по продажам ранее, а теперь – начальник Григория, рассказывал, сколько раз крутил ее на своем члене, и как она визжала от удовольствия.

Другие – сплошь индюки с красными мошонками на шеях. Кивают и трясутся, как бы не пришел их черед. А он придет, обязательно придет, и полетят перья в пасти. Они тяжело дышат, грудь растет словно шарик, стоит только к ним обратиться.