Золотая орда

Уж я-то, наполовину татарка, в именах могла разобраться. Не в языке, конечно. А у многих, наверное, имя Тимур ассоциировалось с «Тимуром и его командой». Но это была совершенно другая история.

Я отложила книгу в сторону, устало закрывая глаза. Затем, снова принялась пить чай – он был очень вкусный – черный, с лимоном и сахаром. Самое то, когда болеешь. На кухне что-то готовилось – это мама творила нам покушать. Хотелось бы, конечно же, что-нибудь вкусненького, но я была рада любой ее готовке. Послышалась трель – кто-то позвонил в дверь.

Затем раздались – приглушенный, незнакомый голос и удивленный – мамин. После – звук закрывающейся двери и шаги мамы.

– Представляешь, – начала она, заходя в мою комнату, и держа в правой руке красивый, большой пакет с нарисованными на нем воздушными шариками, – приходил молодой человек, представился курьером, передал это мне – для тебя. Сказал от друзей.

Она раскрыла пакет и начала доставать оттуда содержимое, ставя его прямо на мой маленький столик. Апельсины, бананы, гроздь винограда, от вида которого у меня потекли слюнки, пачка какого-то элитного чая и дорогой молочный шоколад.

У меня округлились глаза. Это стоило недешево. Мама вопросительно посмотрела на меня, а я не знала, что ей ответить.

– Хорошие у тебя друзья, Мила, – наконец, выдала она, улыбаясь и забирая фрукты, – пойду, вымою и принесу. Тебе витамины нужны.

Как только она ушла, я сокрушенно выдохнула. Только один человек мог позволить себе такую дерзкую заботу. Тимур. Я напрягла лоб, поймав себя на слове «забота».

Мне стало так тепло от этого, что когда мама вернулась с фруктами, я глупо улыбалась ей. Она понимающе улыбнулась в ответ, но не стала допытываться, чему я была несказанно рада.

Я не знаю, что так благотворно повлияло на мое здоровье – невероятно вкусные фрукты, мамина забота или отдых, а может, все вместе взятое, но к вечеру воскресенья я чувствовала себя абсолютно здоровой. Но не спокойной точно. Я была невероятно напряжена, понимая, что до встречи с Тимуром у меня оставалось меньше суток.

Я ходила по комнате, ощущая себя в невидимой, но такой ощутимой клетке. Я представляла в своей голове разные, страшные вещи, которые могли со мной случиться уже завтра. Я выдумывала планы спасения, куда бежать, что делать и как разговаривать. У меня даже появилась мысль сказать о встрече с Тимуром маме, но я тут же, отогнала ее. Я не хотела подвергать маму какой-либо опасности.

Наконец, устав от этих гнетущих мыслей, я легла спать.