Эффект стаи

Боксёр и Старик удивлённо посмотрели на них, не понимая, где те нашли смешное, однако выглядели они как заговорщики.

– Покажи, – сказал Главный, голос его в этот момент прозвучал хоть и тихо, но властно, как никогда прежде.

Нина достала из кармана джинсовых шорт пачку денег.

Боксёр со Стариком присвистнули.

– Откуда это у тебя? – спросили разом.

– Запомните его фамилию – Аджанян, я прочитала у него на бейдже, теперь он наш враг, – сказала Нина.

Однако ни Боксёр, ни Старик ещё не понимали, о ком идёт речь.

– Торговец персиками на рынке, – пояснил тогда Главный небрежно.

– Как вам это удалось? – спросил Старик, уже понимая, что произошло дерзкое ограбление.

– У нас свои тайны, – кокетливо отозвалась Нина.

Теперь она всё больше своими манерами начинала походить на обычную девушку, несмотря на пацанскую стрижку и одежду.

С минуту все ещё помолчали, возможно взволнованные появлением этой интригующей тайны.

– Здесь гораздо больше, чем могло быть, – сказал наконец Главный.

Все остальные тоже засмеялись вместе с ним.

Вдруг Старик резко осёкся.

– Послушайте, – сказал серьёзно он. – это же преступление. Мы должны немедленно всё вернуть.

– Потому что мы хорошие, а поступать так, как мы поступили, вообще нельзя, – цинично, будто поддразнивая его, сказал Главный и на этот раз не засмеялся.

– Всё, пожалуй, я не с вами, – махнув рукой, сказал Старик и пошёл в сторону, отдалившись от остальных.

Боксёр молча пошёл за ним следом.

– Напрасно! – крикнул Главный вдогонку этим двоим. – нас уже видели вместе, и если вы не будете осторожными, вас найдут в первую очередь.

Старик и Боксёр каждый про себя возможно задумались, однако не вернулись.

Какое-то время они шли даже вместе, но не разговаривали, видимо сомневаясь, надо ли говорить и о чём. Потом как-то внезапно разошлись в разные стороны, и произошло это настолько незаметно для каждого из них, что они не огорчились и не удивились тому, что остались в одиночестве.

***

Старик расположился на лавочке возле раскидистой цветущей магнолии.

Достал из пакета чурчхелу и принялся есть… На какой-то миг незаметно погрузился в себя, задумался. Мимо проходили шумные компании, семьи с детьми – совсем маленькими и уже подрастающими. Тогда он вспомнил себя таким же вот пацаном-школьником.

Детство, проведённое с бабушкой, было не таким уж лёгким.