Ковчег

Волшебная игра или не волшебная, решила про себя Маша, но завтра надо это загаданное слово разобрать.

На следующее утро Маша настроилась быть спокойной и трезвомыслящей, а то вчера разнервничалась, как маленькая. Как будто верит еще в Деда Мороза и ждет его подарков под елкой. В магазине не побежала первым делом разбирать заветное слово, сначала промахнула пол влажной тряпкой, налила себе чашку кофе в подсобке, включила музыку. И только потом стряхнула вчерашнюю свою любовь в коробку, где она рассыпалась на пластиковые квадратики, перемешалась с сотней других букв, потеряла всякий смысл.

Убирать игру на полку Маша все-таки не стала. Это ведь не она придумала, это была идея директора магазина, Игоря Петровича, чтобы на прилавке какое-нибудь слово красовалось, выложенное в стиле игры «Эрудит». Сложить, что ли, опять эту его скучную скидку? А смысл? В игре и цифры-то не предусмотрены. Может, что-нибудь другое написать? Маша с новым словом не торопилась, прошлась по торговому залу, подровняла коробки, пыль стряхнула.

Остановилась перед застекленной витринкой с дорогими, подарочными вариантами игр. Поразглядывала точеные шахматные фигурки, а потом поймала случайно собственное отражение в зеркальной задней стенке. Поправила волосы. Потом вдруг заметила пятнышко на футболке. Да что же это такое, умудрилась-таки с утра уже заляпаться! Обратила вдруг внимание, что и юбка сидит на ней как-то не очень. Тоже мне, любовь ей подавай. Кто ж тебя такую, в старой юбке, полюбит? Ума бы лучше себе загадала. Или красоты. А лучше бы денег.

«Жалко все-таки, что чудес не бывает», – подумала Маша и вернулась за прилавок. «Эрудит» все еще лежал там. От нечего делать она снова выбрала не глядя, на удачу семь букв. Прикинула, что можно сложить из этого случайного набора. Вот если бы был мягкий знак, получилось бы слово день. А добавить букву г, и тогда как раз сложилось бы деньги.

«Да ладно, я ведь сама с собой играю, никого не обманываю!» – решилась Маша и выбрала в коробке с фишками две недостающие буквы.

Сложила на доске деньги. Только последнюю букву на клеточку положила, зазвонил телефон.

– Маша, ты там не с покупателями?

– Нет, Игорь Петрович, нет никого.

– Ну, я предупреждал: август – глухой месяц. В кассе там сколько у нас?

Маша глянула, отчиталась.

– Плохо, – вздохнул Игорь Петрович, – но я все равно заеду через часок, мне завтра плату за аренду вносить. Заодно за эту неделю заплачу тебе.

– Спасибо. – Она тоже вздохнула в ответ.