Экипаж

За одними виднелись обтянутые оранжевым шелком абажуры, каких в большом городе уже не встретишь, за другими – современные светильники, за третьими – голые лампочки.

…У себя на кухне Аля защипывала пельмени. Ей помогала подруга, такая же молодая и почти такая же красивая.

– Смотри, Алька, доиграешься, – говорила подруга. – Не сходи с ума! Тебе такой золотой мужик достался.

Аля не ответила. Подруга отнесла в холодильник доску с готовыми пельменями, вернулась и высказала новую мысль:

– Ну, заведи себе кого-нибудь.

Может, тогда беситься перестанешь.

– При живом-то муже? – презрительно сказала Аля. – Нет, это уж пускай другие. А я не такой человек.

– Тогда терпи.

Аля поджала губы.

– А я что делаю? Только и терплю. Уже пять лет терплю.

…Не остывший еще от рабочего азарта, Ненароков ходил по комнате, а сын Алик, крепко обхватив его правую ногу и поставив ножки на отцовский ботинок, путешествовал вместе с ним.

– Пятый день, а вода держится, – рассказывал Ненароков жене. – Кое-где аж до крыш доходит… Мы зависли над дымом, смотрю – на дереве скворечник.

Низко-низко над водой… И представляешь: прямо как птичка, сидит на полочке мышь!

– Me… мы!.. – потребовал Алик.

– Тебе мышку? – Отец поднял его на руки. – Нельзя. Ее и не достать… Уйдет вода – она слезет, побежит искать своих деток.

– Мужчины! Садитесь кушать… Я вам пельменей наготовила! – позвала Аля. Подруга вынесла из кухни большое блюдо пельменей.

…Они ужинали. На столе стояла бутылка красного вина, салат.

Алина мать, седенькая и тихая, следила, чтоб ни у кого в тарелке не было пусто. Аля ела с аппетитом и при этом весело болтала:

– Ну эта Машенька Филатова, я просто не могу! Такая крохотулечка, такая пупочка – и скочет, и скочет, и скочет!.. У меня в классе три девочки тоже занимаются, но они как медвежатки…

– Угу… Угу, – поддакивал с полным ртом Ненароков. Алик ничего не ел: возил ложкой по тарелке и канючил:

– Чу ча… Чу ча… Чу ча!..

Мать рассердилась:

– Опять «чу ча»! Что это еще за «чу ча»? Скажи: «Хочу чаю»! По-русски скажи, а не по-китайски.

А то не получишь ничего!

Алик хотел что-то ответить, но слова совсем не получались. Тогда он заплакал – прерывисто, как будто и плакал заикаясь.

Ненароков заступился за сына:

– Ну что ты, Аля? Раз не хочет человек… Не надо было шоколадку давать.

– Значит, я виновата? – сразу бросилась в атаку Аля. – Ты знаешь, как воспитывать, а я нет?.. Попробовал бы отказать, когда ребенок плачет!..