Роза и ее братья

Розе понравился крупный добродушный, молчаливый джентльмен – он навестил ее после папиной смерти, часто присылал ей в школу коробки со всякими лакомствами и не раз приглашал ее в свой просторный пакгауз, набитый чаями и пряностями, винами и самыми разными иноземными фруктами, – там разрешалось есть, что захочется, и сколько угодно уносить с собой. Роза втайне жалела, что не его назначили ее опекуном; впрочем, с тех пор, как она познакомилась с дядей Алеком, сожаления слегка утихли, потому что она не особенно любила тетю Джейн.

Когда служба закончилась, доктор Алек вышел на паперть – и его тут же стиснули сразу в семи медвежьих объятиях; сестры пожимали ему руки и, просветлев лицом, от всего сердца приветствовали в родном доме. Для Розы путь от скамьи до паперти оказался полон опасностей – ее едва не растоптали; спас ее дядя Мак, после чего для пущей надежности усадил в ландо.

– Девочки, я хочу, чтобы вы пришли поужинать с Алеком – и Мак, разумеется, тоже. А вот мальчиков я пригласить не могу, вы ж понимаете, что мы ждали нашего желанного гостя только завтра и я не успела подготовиться.

В любом другом месте мальчишки, обманутые в самых сокровенных своих ожиданиях, подняли бы страшный вой; здесь же они ограничились ворчанием и протестами, которые прервал доктор Алек, объявив:

– Не переживайте, друзья, завтра ваши страдания окупятся, если не станете поднимать шум; а если станете, ничегошеньки вам не перепадет из моих сундуков.

Глава четвертая

Тетушки и бабушки

Перед ужином Роза поняла, что разговор пойдет о ней, а после убедилась в этом окончательно, когда бабушка Изобилия прошептала ей, заходя в гостиную:

– Ступай посиди немного с сестрой Мирой, душенька. Ей покойнее, когда ты ей читаешь, а у нас много дел.

Роза повиновалась, а в тихих комнатах наверху обстановка была совсем как в церкви; ее разгулявшиеся нервы быстро успокоились, и она, сама того не ведая, подарила много счастливых минут славной старушке, которая провела в этих комнатах уже несколько десятков лет, терпеливо дожидаясь того дня, который избавит ее от боли.

Роза знала романтическую историю ее жизни, и эта история придавала особое нежное очарование этой ее двоюродной бабушке, которую девочка, впрочем, и так любила.