Папа, я люблю поляка, или Польша русско-зелеными глазами

И тут я схватилась за голову…

Родителей моего мужа звали как знаменитых польских королей конца XIV века – Владислав и Ядвига. Владислав – «властелин славы». Ядвига – «воительница». К сожалению, их давно уже нет в живых, нам не посчастливилось познакомиться лично. У свекра было несколько родных братьев, у свекрови – родных сестер. В польских семьях рожали и рожают много детей, ведь, по факту, контрацепция и аборты запрещены католической церковью. У моего мужа также имеются родные сестры, много двоюродных, еще больше племянников и племянниц.

На их примере интересно проследить, как менялась в Польше мода на имена.

Бабушка моего мужа по отцовской линии – пани Янина. Бабушка по материнской линии – тоже пани Янина. Дедушка по отцовской линии – пан Ян, а по материнской – пан Марцелий. Ян и Янина – вот вам первый пример. Это были очень распространенные, счастливые имена в Польше в 20 – 30 гг. XX века. Ян – «милость Божья». Маленького мальчика зовут Янэк. Взрослого – Януш. Старого – Ян.

Женская форма мужского имени Ян – Янина. Ласково – Янка. Не перестаю удивляться своему «ДАРу» и тройной «Божьей милости» рода Щипорских.

В 50 – 60 гг. XX века модными считались славянские имена: Богуслав, Болемир, Добромысл, Яромир, Леслав, Вацлав, Радомил, Мирослава, Хвалимира, Любомира, Нелюба, Станислава. В 70 – 80 гг. стали популярными Даниэли, Дариуши, Артуры, Каролины, Кристины, Виолетты. В 90 – ые – Марчины, Марианы, Мариуши, Анеты. Почти наверняка в каждой польской семье встретятся вышеперечисленные имена.

Я просто обязана рассказать вам о бабушке моего мужа по отцовской линии – Янине Шуба-Щипорска. Это категория некрасовских женщин. Про нее можно сказать, заменив «русский» на «польский»:

Есть женщины в польских селеньях

С спокойною важностью лиц,

С красивою силой в движеньях,

С походкой, со взглядом цариц….

Идут они той же дорогой,

Какой весь народ наш идет,

Но грязь обстановки убогой

К ним словно не липнет. Цветет

Красавица, миру на диво,

Румяна, стройна, высока,

Во всякой одежде красива,

Ко всякой работе ловка.

И голод и холод выносит,

Всегда терпелива, ровна…

Я видывал, как она косит:

Что взмах – то готова копна!

Платок у ней на ухо сбился,

Того гляди косы падут.

Какой-то парнек изловчился

И кверху подбросил их, шут!

По будням не любит безделья.

Зато вам ее не узнать,

Как сгонит улыбка веселья

С лица трудовую печать.