Астрид. Повести и новеллы

И он, конечно же, тревожился больше самого короля Олава.

Неловко было теперь Хьялти оставаться с воинами в королевском доме. Но внизу, у реки, была пристань, где обычно собирались женщины Кунгахэллы, провожая своих сыновей и мужей, отправлявшихся в дальнее плавание. Здесь собирались они и всё лето, чтобы следить, не видно ли на реке паруса, и чтобы погоревать об ушедших в море. Теперь и Хьялти каждый день приходил на пристань. Ему хотелось побыть среди тех, кто тосковал и плакал.

Ни одна из тех женщин, что в ожидании сидели на пристани плакальщиц, наверняка не смотрела вниз, на течение реки, с большей тревогой, чем Хьялти-скальд.

Никто, кроме него, не вглядывался с такой надеждой в каждый приближавшийся к берегу парусник.

Временами Хьялти приходил в церковь Девы Марии. Он ничего не просил для себя. Он приходил лишь, чтобы помолиться святым об этом браке, который должен быть заключён, который благословил сам Господь.

Но охотнее всего Хьялти беседовал наедине с Олавом, сыном Харальда.

Он любил сидеть у него и пересказывать каждое слово королевской дочери. Он рисовал перед ним каждую чёрточку её лица.

– Король! – говорил он ему. – Моли Бога, чтобы она приехала к тебе! Каждый день я вижу, как ты отправляешься на охоту против древнего язычества, которое сидит, будто филин, во мраке лесной чащи. Но твой сокол, король, никогда не победит филина. Один только голубь одержит победу, один только голубь.

И скальд спросил короля, правда ли, что тот хочет разбить всех своих противников.

Так ли это, что он собирается стать единовластным правителем всей страны? Но это ему никогда не удастся. Не удастся, прежде чем он не завладеет короной, которую выбрал ему Хьялти, – короной, украшенной величием и благородством. Лишь тот, кто владеет ею, будет править всеми людьми.

И напоследок спросил он ещё короля, не хочет ли тот получить власть над самим собой. Никогда не удастся ему обуздать собственное сердце, если он не добудет себе щит, который Хьялти увидел в девичьей упсальской королевской усадьбы.

И был это щит, излучавший сияние чистоты небесной. И защищал он от всякого зла и похотей плоти.

* * *

Пришла осень, а принцессы всё не было. Знатные гости, один за другим приехавшие в Кунгахэллу на свадебный пир, начали разъезжаться. Последним уехал старый Хьялти-скальд. Он взошёл на корабль с тяжёлым сердцем, и нужно было ему успеть вернуться домой, в далёкую Исландию, до Рождества.