Дом у последнего фонаря

Прядь немедленно выскочила обратно. Волосы, роскошные, упруго струящиеся по плечам, явно раздражали незнакомку. Вытащив из кармана куртки стальную заколку, она, клацнув, скрепила над ухом непослушную прядь и посмотрела на Александру с непонятным вызовом.

– Это вы меня схватили за руку? – спросила Александра, окончательно опомнившись.

– Я не хватала, – обиженно проговорила девушка. – Я только пыталась вас остановить, чтобы вы на меня не наткнулись.

– А почему молчали?! Я же спрашивала, кто там, наверху?

Девушка заметно смутилась.

Запустив пальцы обеих рук в волосы, она скрутила несколько прядей в два толстых жгута, на манер бараньих рогов, подергала, словно проверяя, крепко ли они держатся, и наконец призналась:

– Не знаю. Правда, глупо вышло.

– Ну, если бы у вас действительно «вышло», вы бы меня на тот свет отправили!

Александра поднялась на ноги и направилась в отгороженный досками угол, заменявший кухню. Включив плитку, она налила в турку воды. После коньяка, которым угощал ее Олег, ей страшно хотелось пить.

– Все в порядке? – спросил скульптор Стас, почесывая волосатую грудь, видневшуюся из-под шелкового китайского халата, украшавшего его могучий торс зимой и летом. Спрашивал он хозяйку мансарды, а глаз не сводил с девушки.

– И нечего было орать! – заявила тетя Маня, обнажая в презрительной улыбке железные зубы и с треском вставляя в них мундштук с папиросой. – Вечно всех на уши ставишь из-за ерунды.

– Спокойной ночи, – не оборачиваясь, ответила ей Александра.

Обычно старуха забавляла ее своей беспричинной ненавистью, проявлявшейся по-детски наивно, но сегодня у женщины не было настроения с ней пикироваться. – Всем спасибо, что пришли. А то иной раз сомневаюсь, услышит ли меня кто, если я закричу, или придется пропадать?

– Я думал, тебя режут, – высказался Рустам и, одолжив несколько сигарет, удалился первым.

Тетя Маня помедлила на пороге, дожидаясь своего подопечного, которого лелеяла и нянчила, как ребенка, несмотря на зрелый возраст скульптора и его далеко не детские вкусы и привычки.

А Стас никак не мог оторвать взгляда от девушки, от ее чудесных волос. Незнакомка стояла неподвижно, как статуя.

– Вы не натурщица, случайно? – не выдержал он, игнорируя грозные взоры старухи.

– Что? Вы мне? – очнулась девушка, устремив на него взгляд туманных бирюзовых глаз.

– Стас, иди, это ко мне пришли, не к тебе. – Александра на правах хозяйки потеснила соседа к выходу.