Страницы минувшего будущего

Демонстративно руку в локте согнув, Денис глянул на циферблат.

– Метро открывается в половину шестого. Сейчас почти семь. Ещё вопросы?

Стало невыносимо жарко, и даже привычный холодок, коим обычно от Кравцова веяло, совершенно не чувствовался. Вздох вышел слишком рваным и судорожным, словно Агата задыхалась.

Невольно вспомнились события недельной давности, когда Денис привёл её в себя после встречи с представителем новой России. Тогда показалось, что в нём промелькнуло нечто человеческое; сейчас приходило понимание всей глупости такого предположения.

Затравленно Агата на Кравцова смотрела, тут же вновь лишившись сил сказать хоть слово, и отчаянно впивалась ногтями в и без того прилично истрёпанную обивку диванчика. Отчего Денис вызывал такое состояние отчаянной опаски, оставалось непонятным, сколько бы не приходилось задумываться о том время от времени. Это походило на какой-то крик подсознания, инстинкт или даже привычку. Однако конкретно в этот раз имелось и кое-что ещё.

Тихо, Волкова.

Угомонись.

Сидя неподвижно, Агата проследила за тем, как Денис вытащил из ящика стола удостоверение и ещё несколько бумаг. Привычка хранить документы в кабинете наблюдалась и у него, и у Володи – всё равно охрана пропускала без корок, зная практически всех в лицо. От осознания порой становилось завидно: саму Агату так ещё никто не успел запомнить.

Тишина давила на плечи, заставляя горбиться. Безмолвие совсем не походило на то, возле озера; это было тяжёлым, колючим и неприятным. Чувствуя на себе пристальный взгляд, Агата упрямо пялилась на собственные кроссовки, которые, должно быть, весьма нелепо сочетались с чёрной юбкой и чёрными же колготками.

Денис словно думал о чём-то, глядя неотрывно, а вот собственные мысли никак не хотели хоть сколько-то сгруппироваться. Это напоминало какую-то бесконтрольную власть.

Всё закончилось слишком резко: Кравцов убрал документы в задний карман джинсов, осмотрелся, словно в поисках чего-то забытого, и направился из кабинета прочь. Лишь на пороге замер вдруг и повернулся к прикусившей язык Агате.

Та даже вздрогнуть не успела.

– Володе передашь, что я сегодня с Апрельским.

Хлопнула дверь, и судорожный выдох вырвался из груди, внутреннее напряжение высвобождая. Мгновение, и Агата буквально ринулась к столу, и, схватив длинную плёночную ленту, впилась взглядом в кадры. Сердце пропустило несколько ударов сразу, но то незамеченным осталось.

Если только он…

Облегчение заставило пошатнуться.