За чертой

И ещё, в отличие от других, я чётко знаю маршрут, знаю, куда в случае опасности увести людей; идущие же за мной подобны слепым, следующим за своим поводырём. А главное ещё в том, что в случае рассматриваемых выше неприятностей всё произойдёт на глазах моих товарищей, а это придаёт силы, ведь недаром же ещё далёкие наши предки усвоили бесспорную истину, что на миру и смерть красна.

Другое дело – обратный путь. Я один! Люди, которых я вёл, уже перепоручены другому, и от меня больше не зависит ничья судьба.

Я свободен от всех обязательств, которые негласно давал себе. Я весел и раскрепощён. Я уже почти ничего не слышу и ничего не вижу. Поэтому обратный путь, пожалуй, самый опасный, и лишь молитвы близких мне людей не дают мне ещё умереть. Так, на прошлой неделе, сокращая путь, перешёл на другую тропу. Вдруг впереди стайка косуль. Встрепенулись от нежданной встречи, дружно понеслись по тропе. Это вконец успокаивает, если здесь стая косуль, значит, нет никакой засады. Уже не таясь, я весело улюлюкаю, хлопаю в ладоши, и вдруг… Всего лишь в полусотне шагов взрыв. Сработала растяжка. Лисы, косули, зайцы, дикие кабаны ежедневно, спасая мне жизнь, рвутся на этих зарядах.

Иной раз остановишься, удивлённо осмотришься округ. Почему я здесь? И, словно впервые, осознаешь себя в этом мире.

«Дима» и его «музыка»

Первым со своими людьми пришёл Чегевара – атаман Симиреков. У казаков не принято выяснять детали, поэтому я не спрашивал, кто его направил ко мне.

Приехали на двух такси. В одном люди, другое до верха загружено тюками с медикаментами.

– Налегке не получилось – казаки гостинцев на дорогу собрали… – кивнув на груз, сказал Чегевара. – Нам на «ту» сторону, атаман. Что скажешь? – спросил он. При этом ответ ему был ясен, и тюки с медикаментами уже выгружались из машин.

– Будем решать… – сказал я.

С Чегеварой было три человека, и четвёртый присоединился к ним в пути.

– Это не мой, – бесцеремонно кивнул он на крепко сложенного парня, который в их компании держался особняком.

Мол, если что-то не так, за него я не отвечаю.

– Прибился к нам на подходе… – добавил он.

Вошли в дом. Уже за столом со всеми познакомились ближе.

– Это мои односумы, – представил своих людей Чегевара. – Это Володей, это Мишаня, это Витёк, – кивнул на двухметрового детину. – Мы первыми проторим дорожку. Если получится – там и другие по протоптанному подтянутся, – говорил он.