Недетские сказки

Дело в том, что над одним из его карнизов возвышался великолепной работы резной фронтон, на котором пухлощекие купидоны целились волшебными стрелами в лесных нимф.

Фигурки, как и полагается в подобных случаях, были обнаженными. Именно это и вызывало у Шкафа недоумение. Не то, чтобы он хотел видеть купидонов в трусиках, а нимф в бикини, но этот легкомысленный, по его мнению, сюжет не очень-то вязался с его представлением о себе.

– Таким картинкам самое место на стенах Комнаты, а не на моем фронтоне, – сетовал он.

 – Ей это под стать. Правда, она тоже не сама выбирала себе характер, – как всегда старался он быть справедливым. – Нам всем остается лишь покоряться собственной участи и только догадываться об истинных планах наших создателей.

3

Время от времени в этом мире можно встретить создания, кого бесполезно учить актерскому мастерству, потому что они от рождения напрочь лишены драматического таланта.

Нисколько не наговаривая на Комнату, это в полной мере относилось и к ней.

Она не являлась самодостаточной персоной, как ни мечтала об этом. Не единожды предпринимала она попытки стать одной из тех, чей стиль копируют, а привычкам подражают – но всякий раз неудачно.

Однажды, когда к ней по обыкновению заглянул Ветерок, она попросила его исполнить какую-нибудь несложную песенку.

– Любой каприз для вас, мадам! – нежно прошелестел он в ответ и стал насвистывать один из популярных мотивчиков, который в то время можно было услышать и на платформах вокзалов, и в очереди за чашкой кофе – да и просто на улице.

Мелодия была незамысловата и легко запоминалась, и двигаться под нее было легко – как душа пожелает.

Комната, даже не пытаясь определить характер музыки, сразу начала вести себя очень странно – со стороны казалось, что она попробует исполнить что-то напоминающее фокстрот, но у нее так ничего не получилось. И тогда она, потеряв терпение, вдруг неистово замахала своими полотнищами – то вверх и вниз, то из стороны в сторону – как в канкане.

Как ни странно, но именно эта манера оказалась пределом ее возможностей.

Движения у нее выходили настолько лихими, что даже видавший виды Ветерок от удивления перестал свистеть. Он никак не рассчитывал обнаружить такую прыть у своей подружки.

А Комната – то ли от безысходности, то ли от отчаяния – так разошлась, что ее хрустальная люстра сорвалась с крючка и косо повисла на проводах.