Вкус убийства

Неужели правда, что люди любят все рассказывать чужим, а своих боятся? Что мучило его в середине августа? Какая подлость? Об этом и речи не было. Она бы заметила, она бы догадалась…

– Что он сказал еще? – выдавила Таня.

– Ничего. Попрощался и уехал. Я молилась, чтобы он не разбился…

Таня вскрикнула – сигарета, догоревшая до фильтра, обожгла ей пальцы.

– Он разбился, – глухо заметила она, сунув окурок в пепельницу.

Галина неожиданно схватила ее за руку:

– Вот поэтому я и хотела с вами встретиться! Знаете, что он сказал напоследок, когда расплатился? Я как раз уговаривала его оставить машину на стоянке и взять такси, а то разобьется.

Стас ответил примерно так: «Все равно этим закончится». А сегодня утром вы мне сообщаете, как он погиб… Ужасно.

– «Все равно этим закончится»? – Таня медленно высвободила пальцы из ее жаркой ладони. – Он имел в виду… автокатастрофу?

– Да, я поняла так. Он часто садился за руль пьяным?

– Как правило, да… – будто во сне ответила девушка. – Как правило…

Она уже почти не слышала, что говорила женщина.

Значит, Стас что-то знал или предчувствовал и все же предпочел ничего ей не говорить… Ей – жене – самому близкому человеку. Его мать, отец и брат тоже не были в курсе. И только эта посторонняя женщина случайно обо всем узнала. Таня вдруг опомнилась. До нее дошло, что Галина продолжает рассказывать.

– …Мы увиделись еще раз, в самом конце августа. Уже не в кафе, а на складе. Там же был и его отец. Стас выглядел трезвым, спокойным, только взгляд – какой-то странный.

Он как будто старался не смотреть в глаза отцу. И как только Петр Михайлович вышел, чтобы позвонить по телефону, Стас сразу обратился ко мне. Таня, вы не угадаете, что он мне сказал.

Девушка и не собиралась угадывать. Она подалась вперед и жадно ждала. Галина снова сняла очки и закусила дужку оправы. Секунду-другую она ожесточенно грызла ее, потом опомнилась:

– Извините, волнуюсь. Все свои очки попортила, эти последние. Так вот, Таня, ваш муж достал бумажник и показал мне вашу фотографию.

Черно-белую, но очень хорошую. Вы там сняты в мужском пиджаке и полосатом галстуке.

Таня знала, о чем идет речь. Серию этих фотографий как-то сделал один приятель Стаса. Он увлекался фотоделом и с удовольствием снимал своих знакомых, преимущественно женщин. Таня, действительно, снялась в черном пиджаке и полосатом, стиляжном галстуке Стаса. Это был единственный случай, когда муж не возражал, чтобы взяли его вещи.