Есть ли снег на небе

Хася сразу обратила внимание на юношу, смотревшего на нее во все глаза. Он сразу ей понравился, но ответить на его взгляд она не могла, ведь в доме вовсю шли разговоры о свадьбе и жених был уже выбран. На свадебной церемонии Хася едва не лишилась чувств, когда узнала того самого парня в женихе, подошедшем, чтобы накрыть ее фатой.

Чаще всего распадаются браки по любви. Наверное, потому, что, пребывая в сладких снах, влюбленные не замечают реальности. Пропущенные подводные мины потом взрываются и пускают на дно корабль супружества.

Но у Ихиеля и Хаси все было по-другому. Фарватер заблаговременно очистили родители, и судно на всех парусах рвануло в океан житейских событий.

Единственное, что омрачало их счастливую жизнь, – частые смерти детей. До тридцати лет Хася рожала почти каждый год, но в живых осталась лишь одна дочка. Циля стала родительским утешением: добрая, участливая, очень сообразительная и невероятно красивая. Родители много лет копили для нее приданое, чтобы выдать замуж за самого лучшего жениха, первого ученика ешивы.

Но вышло совсем не так, как предполагалось.

Одним теплым осеним полуднем, вскоре после завершения Суккот, на постоялый двор заехал солидный еврей. Стояли последние ясные дни перед дождями, ветер уже собирал в охапки золотые листья, пухлые белые облака медленно проплывали по бирюзовому небу. Еврей держался очень степенно, долго и со вкусом обедал, никак не вставал из-за стола, а потом объявил, что плохо себя чувствует и останется до утра.

Ему отвели хорошую комнату, лошадей распрягли, завели в стойла, задали корму. Под вечер еврей вышел из комнаты и обратился к Ихиелю:

– Я бы хотел поговорить с вами с глазу на глаз.

Ихиель отвел его в заднюю комнату, плотно прикрыл двери, усадил за стол.

– Меня зовут Шебсл, я габай одной из синагог Люблина. Для точности, самой большой синагоги, и еду сейчас по важному делу в Пшемысль. Со мной большая сумма общественных денег, пятьдесят золотых монет по двадцать пять злотых.

Честно признаюсь, я боюсь оставлять их на ночь при себе и прошу вас спрятать в надежном месте. Мне столько рассказывали про вашу честность, что я вручаю их вам с совершенно спокойной душой. – Шебсл вытащил из сумки металлическую шкатулку и поставил на стол. – Шкатулка заперта. Взломать ее невозможно, только разбить на куски, что весьма непросто. Ключ у меня, вам не нужно ни пересчитывать, ни проверять. Завтра утром просто отдадите мне шкатулку.