Выключить моё видео

– Спасибо вам, что пришли, – тихо, но понятно говорит женщина, – а я Варвара, всем бы таких учеников, Господи… Вон мальчики рассказали, что весь класс бы пришёл, но тётя Тома сама сказала, чтобы не ходили, а то мало ли…

– Мало ли?

– Всё-таки болезнь, хотя и завернули его в целлофан кругом. Но ближе полутора метров к гробу не подпустят.

Смотрю – и верно, красная разметка на полу, чтобы близко не подходили.

– Сейчас поедем, – суетится Варвара, – теперь по правилам гроб отдельно, а мы за ним, в моей машине.

Кто вперёд сядет? Сейчас уже работники придут, будут из зала выносить. Нужно идти.

Пожимаю плечами.

– Могу я впереди.

Даже отсюда хорошо видно покойника, но стараюсь не присматриваться. Худой, тоненький, с глубокими морщинами на шее. А Тамара Алексеевна полная.

Варвара первой выходит из зала.

Догоняю во дворе Севу, иду рядом. Илья ещё там, последний.

– Что-то непохоже, что она боится с вами ехать, – тихо говорю, снимая маску, – что ещё придумаете?

– Ничего, – так же тихо, – просто по-идиотски выглядит, когда втроём на прощание приходят.

И на кладбище тоже. Специально наврал ещё этой Варе.

– Чтобы она Тамаре рассказала?

– Да. Пускай не думает, что мы такие уж сволочи.

– А мы сволочи. Помнишь, как в пятом классе картинку со свиньёй ей на дверь прилепили? И как она плакала?

– Это мы прилепили, пацаны. Девчонки стремались, хотя на самом деле и сами смеялись, и смотрели, и помогали.

Какая разница, кто, всё равно – мы.

Мы едем на Хованское кладбище – я, Сева, Илья и Варвара.

Варвара ведёт красный «Peugeot», тихо и неуверенно. Я, конечно, сажусь вперёд, пока парни мнутся. И ничего-то она не боялась. Она вообще взрослая.

– Ты, значит, тоже у тёти Томы учишься? – мы медленно едем по безлюдной жаркой дороге, разворачиваемся у магазина цветов. Сразу тётки-продавщицы встают, двигают корзины к свету. Странно, что растения не вянут на таком солнце – но потом присматриваюсь и понимаю, что это искусственные, а настоящие убраны под навес.

И на каждом лепесточке мелкие капли, будто святой водой побрызгали, а она застыла.

И часовня рядом, кладбище ведь.

Потому и не вянут.

Тётки смотрят и ждут, что купим. С пустыми руками не пойдём – вон Илья уже двести рублей достал, и Сева двести. Много, наверное, но сама не достаю. Час прошёл, и полчаса осталось. Страшно.

– Да, мы все в одном классе. В следующем году она ещё курсы по ЕГЭ вести будет, – не знаю, для чего говорю. Чтобы звучать просто.