Тайга у дома

Он был невысокого роста, лысый при длинной белой бороде с суковатой палкой в правой руке. Блики костра трепетали в его озорных глазах.

Старик начал говорить какм-то странным гортанным голосом. Барсуков силися понять, что старик хочет сказать, но как он не вслушивался в тихую, убаюкивающую речь, понять ничего было невозможно.

Постепенно глаза его стали закрываться. Голос старика доносился как бы издалека. Наконец Барсуков отрубился.

Когда он проснулся, восток уже начал синеть. У костра ни дедушки, ни Максима не было.

«Может быть Максим костры подправляет», – подумал Барсуков. Он поднялся, потряс головой, освобождаясь от сонного морока, и пошел от костра к костру в надежде встретить Максима. Но того нигде не было.

Барсуков вернулся обратно и решил было отправится в деревню и объявиь тревогу: «Максим пропал!», а тут пропавший возьми и объявись из темноты.

– Макс! Ты где был?

– У дедушки.

– У какого дедушки?

– Ну, у того, что к костру походил.

И Максим рассказал, как дедушка взял его за руку и увел куда-то в лес. Они в темноте дошли до избушки. Там старик зажег свечку и они при её свете отвалили от двери ствол дерева, упавшего в бурю. После этого дедушка напоил помощника вкусным чаем и отвел обратно.

– Он перевел меня через речку и сказал чтоб я дальше шел сам. На свет костров. Вот я и пришел.

В деревне ночное происшествие вызвало много разговоров. Какой дедушка, какая избушка, когда кругом в лесу на десятки километров нет жилья.

Но тут приключилась грибная страда, а затем началась копка картошки и тема дедушки сделалась не актуальной. Но дедушка сам напомнил о себе.

Барсукову привезли телеграмму. Жену клали в больниу и ему срочно нужно было быть в Питере. Он вывел велосипед из сарая и стал пробиваться по раздрызганной дороге к шоссе, чтобы успеть на последний автобус Шугозеро-Тихвин.

Уже перед самым выходом на шоссе из кустов вышел старичек.

Барсуков его сразау узнал. Лвсый с белой бородой и с озорными глазами.

Старичек стал говрить что-то непонятное, а Барсуков начал засыпать. Большим усилием воли он поднял окаменевшую руку и неуклюже перекрестил старика. Тот криво усмехнулся и исчез.

Барсуков хоть и был крещенным, но в бога не верил. А вот в то, что параллельно с людьми существуют какие-то другие существа стал верить безоговорочно.

Да, Вепсский лес это вам не Удельный парк.