Человек в красном

Она сама выбрала ее для вечности со мной. Надо лишь помочь ей всё понять, а потом подождать немного. И всё будет хорошо. Я не долго буду один.»

Полчаса спустя Друг ворвался в свою квартиру. Он спокойно посмотрел на себя в зеркало, сделал несколько глубоких вдохов, чтобы окончательно прийти в себя и, войдя в комнату, бережно взял в руки большой коричневый кожаный альбом для фотографий, который листал вчера вечером.

Ему нужно было сосредоточиться, а напоминания о сделанных им добрых делах всегда помогали ему успокоиться.

Еще в больнице в качестве терапии медсестра научила его одной занятной штуке со смешным названием. Скрапбукинг. Друг с благодарностью вспоминал часы, проведенные с толстой невысокой женщиной, пахнущей потом и сдобой. Странный был запах. Они вырезали из старых газет и журналов надписи, картинки, иногда просто кусочки бумаги красивого цвета и создавали из этого что-то свое, новое, чего раньше не было. Мозаики из бумаги с изображением животных, альбом с фотографиями родных Марии Леонидовны, украшали альбом с рисунками Друга. Рисование тоже было частью терапии.

Начав свою одинокую самостоятельную жизнь, Друг тоже завел себе альбом. В нем не было рисунков, мозаик, только фото, очень особенные, важные фото. Он любовно погладил первый разворот. На плотную шершавую дорогую бумагу были наклеены четыре фотографии.

На первой ярко накрашенная блондинка с кляпом во рту была привязана к батарее в оклеенной газетами и застланной клеенкой комнате. Она была раздета до нижнего белья.

От бедра до стопы на левой ноге краснела свежая глубокая рана. Сквозь кровь едва белела кость. Девушка была без сознания.

На следующей фотографии такой же разрез был сделан и на второй ноге. Девушка кричала.

На третьей – разрез от плеча до кисти на левой руке, теперь кость была видна совершенно отчетливо. Блондинка ошарашено смотрела на лужу густой крови на прозрачной клеенке.

На четвертой фотографии разрезана была и правая рука. Девушка была мертва – горло уродливо рассечено.

На следующем развороте были изображения высокой слегка полной шатенки, в той же комнате, с такими же увечьями.

Всего фотографий в альбоме было шестнадцать. Лишь просмотрев их все, Друг сел за письменный стол, взял чистую тетрадь из стопки и начал планировать похищение. «Нужно особенно подготовить для нее комнату, – с нежностью подумал он, – Надо выбрать обои покрасивее.»

Глава 3

Катя со стоном попыталась поднять голову. Её душила тошнота.