Просто Марго

Она уже приняла для себя решение, которое тут же твердым, как обычно, голосом озвучила перед своей дочерью Ксенией и перед этой бедной девушкой.

– Наталья, ты отныне становишься полноправным членом нашей семьи, ребенка твоего узаконим, и он будет носить фамилию моего мужа. Добро пожаловать в семью, деточка! – и она три раза расцеловала нежданную гостью.

Закончилась гражданская война. Аджария вошла в состав Грузинской Советской Социалистической Республики.

Страна входила в период НЭПа.

Молодые супруги Савулиди были очень счастливы. Александра очень любила своего мужа, но, несмотря на это, все же отстояла свое право не менять девичью фамилию и по-прежнему оставалась Юдиной. Поначалу Василий на нее злился и обижался. Но позже на досуге поразмышляв, понял, как для его жены, оставшейся совсем одной, без своих близких, важно было сохранить что-то свое, личное. Конечно, Василию перед своими здешними греческими родственниками было немного стыдно, что жена не носила его фамилию, да и что дом тоже был куплен на ее деньги, вернее даже на деньги его тещи.

Это сильно било по его мужскому самолюбию, но он и здесь повел себя мудро и благородно.

А сам себе строго наказывал:

«Я должен, просто обязан в короткое время выучиться и стать на ноги! Чтобы моей жене никогда не было стыдно за меня, и она никогда ни в чем бы не нуждалась»!

Дом же они выбрали себе просторный и красивый по удивительно низкой цене.

Найти в тот исторический период подходящее жилье в Батуме было несложно: многие местные аристократы и зажиточные аджарско-грузинские семьи, испытывая страх перед новой властью, побросали свои жилища, бежав за границу. По этой причине домов на продажу было выставлено множество. Но по ходу выбора дома у Александры и Василия возникли некоторые разногласия, чуть не приведшие к большой ссоре. Мнения молодоженов не сходились по поводу названия улицы.

– Смотри, Сашенька, какой красивый и в то же время скромный дом продается на улице Пролетариев. И адрес подходящий, так сказать, соответствующий современному моменту. – Василий уже чувствовал себя настоящим коммунистом и хотел окружить себя всем тем, что связывало его с этой идеологией.