Просто Марго

– Ты, Василий, говоришь словами этих красных комиссаров, зазывающих народ в их коммунистическую партию!

– А что в этом плохого?! Вся власть рабочим и крестьянам! И всем по справедливости!

– Угу… Нет, Василий, ты знаешь мое отношение к большевикам, поэтому даже не проси меня жить на улице под таким названием, – категорично заявила жена.

«Ох, уж эта мне голубая кровь! Правильно дядька мне перед женитьбой говорил, намучаешься ты еще с ней! Все равно это мелочи жизни, мне не следует забывать, что Александра ради меня отказалась от благополучной и богатой жизни! Пока что я ей всем обязан, а не она мне! А будущее покажет!»

И, поцеловав свою драгоценную, с присущим ему юмором, спросил:

– А ты, любовь моя, на какой улице будешь себя лучше чувствовать? Под названием типа «император Николай» или «имени наследника Алексея»?

– Да ну тебя, брось ты свои шутки, Василий! Нет таких улиц в городе, и ты это прекрасно знаешь! Вот, например, подходящие названия, и там тоже продаются дома: улицы Шереметьева или Суворова.

– Нет, нет и еще раз нет! Эти граждане были тоже из благородных, а я не хочу, чтобы нас что-то связывало со старым режимом. И вообще, я считаю, что все эти улицы надо переименовать! – не уступал супруг.

– Какой ты, Васечка, все же, неуступчивый! – любя, упрекала его жена. – Я знала, что ты не согласишься, и поэтому у меня на этот случай имеется еще один запасной вариант: купим дом на улице Московской.

– Ладно, давай на Московской, пойдем уже скорей смотреть дом! – безнадежно махнув рукой, уступил жене Василий, даже не предполагая тогда, какую роковую роль сыграет это название в судьбе их дочери Маргариты.

Василий, как и планировал с самого начала, поступил в инженерное училище, а вечерами и, порой, даже ночами подрабатывал на местном консервном заводе простым рабочим, зарабатывая на пропитание своей семьи. Но взяли его на работу не на полную ставку, ведь он был студентом, и поэтому платили ему мало, в общем, со стипендией отличника, все равно выходило меньше той суммы, которую домой приносила его жена Александра, преподававшая в местной женской гимназии на две ставки иностранные языки.