Сказка про Луку. Или возвращение ребенка, который хотел бы жить в каждом взрослом

 – Чем бы прихлопнуть эту моль?

Лука постучался. Дверь не открыли.

– Не убивай! Ты прервешь полет и сломаешь малышу крылья! – закричал Внутренний Голос.

Но старая нянька давно была глуха и слепа.

Лука был бессилен. Он закрыл лицо руками, и в то же мгновение малыш горько заплакал.

– К ней поздно стучаться, – печально заключил Внутренний Голос.

– А к нему – рано! – с досадой выдохнул Лука, глядя на плачущего малыша.

– Навестим его, когда подрастет.

– А будет не поздно? – с беспокойством спросил Лука.

– Посмотрим, – ответил Внутренний Голос.

– Когда малыш подрастет, – повторил Лука и сделал пометку в календаре.

В его записной книжке появились слова: «Если бы взрослые не переставали удивляться, очаровываясь каждым днем, событием, предметом и живым существом, они бы не старели. Мир был бы красивее».

Лука пошел туда, куда так настойчиво звал малыш.

Тропинка вела в сад. Оливки созрели и серебристо-зелеными бусинами висели на тонких ветках. Деревья были старыми.

Их кривые массивные стволы причудливо изгибались, подставляя спины молодому урожаю. Земля под деревьями была устлана цветущими коврами ароматных цветов. И над всем этим порхали бабочки.

Лука сел под дерево. Достал из кармана словарик.

«Моль, – прочел он, – бабочка, которую люди невзлюбили по причине того, что та ест их вещи, сшитые из шкур убитых животных».

– Чудные эти взрослые! Даже не верится, что все они когда-то были детьми!

8

Дом, нагретый за день, щедро делился теплом со своей хозяйкой даже ночью.

Молодая женщина не могла уснуть, изнывая от жары. Она распахнула окно. Из леса повеяло прохладой. Послышался негромкий почмокивающий плач ребенка. Женщина подошла к колыбели, склонилась над ней и взяла на руки младенца – девочку трех дней отроду…

Дверь в комнату была открыта настежь. Струился свет.

Лука вошел.

– Ты, наверное, голоден? – ласково спросила женщина.

– Нет, – шепотом ответил Лука, боясь разбудить младенца.

– Может, ты хочешь пить?

– Нет.

Спасибо. Я на минутку. Мне надо идти, – поспешил ответить он.

– Незачем ребенку ночью бродить одному: лес кругом. Оставайся. Я тебе постелю.

Лука остался. На столе горела одинокая свеча, отбрасывая на стены едва различимые блики. Женщина сидела у колыбели.

«Как моя девочка узнаёт, что я ее мама?» – прочел Лука ее мысли.

«Она совсем как ребенок», – подумал Лука.

– Любовь подсказывает, – напел женщине Внутренний Голос.