Черные костюмы

)

Модест выпускает на сцену свежих блядей в попонках,

В балеринских, накажи меня Бог, пачках.

Также русский хор с лицами усталых

Горожан в четвертом поколеньи.

Они поют славу лауреатам.

Молодая в золотых босоножках

Телезвезда со старым телемущиной,

Некогда ведущим Хрюши и Степаши,

Вызывают на сцену бедных призеров,

Честных литераторов бывших союзных республик.

Как они не плюют в лицо этим московским,

Этим богатеньким недоумкам,

Кремлевским (кулацким – Гуголев говорит) подпевалам,

Недотыкомкам Соллогуба?

Тысяча долларов – крупная сумма

Для писателя из Казахстана,

Узбекистана, Армении, Беларуси.

Приедут домой – такое расскажут!

Что их напечатают в Петербурге,

Что повезут, наверное, за границу,

Поджигая море, полумертвую в руках синицу.

Я там была, попила их кофий,

Погребовала ихней водкой и жрачкой,

Денег на фуршет хватило бы на зарплату,

Извините за социалистический пафос,

Врачам, медсестрам и санитаркам,

Географам, военрукам и техничкам

Одной городской больницы, одной сельской средней

школы.

Видела поэта Родионова – он бухал и смеялся.

Видела поэта Шульпякова, он надменно

Сидел спиною к сцене, но за столом с кормежкой.

Видела поэта Гуголева, он оказался Приятелем лауреата из Ташкента.

Не успела повидать Лешу Айги.

Он со своими парнями

Должен был развлекать Ташкентского митрополита,

Людей в дорогих одеждах и других, в богемном нечистом

прикиде,

Всех, кто изрядно выпил,

В вечерних костюмах, а надо выбрать – деревянных,

С деревянными личиками буратинок.

Десять дней назад у Леши умер отец,

И я не смогла доехать в госпитальный морг

На Соколе, меня оставили сила, доблесть и гордость,

Честь, любовь, состраданье, другие человеческие чувства.

Зато возникли в уме картинки

Из практически родного теперь Боткинского морга:

Деревянное лицо, темно-серый костюм в полоску,

Который вместе с трусами Дольче-Габбана

(За которые покойный орал бы на меня три дня,

Положенные для других целей)

Носками Etro, белой рубашкой Диор,

герленовским одеколоном

И левым, признаться, мылом

Я собирала агенту Сергею своими руками

Не отсохли

2006

ИСТОРИЯ КАТУЛЛА

Катулл пишет Лесбии, пишет цезарю.

Он не то что не может с собою справиться —

Полетит к голубю, полетит к сизарю.