На плотной земле. Стихотворения

Это весна ножницами режет неба ткань.

Это она вскочила и выбежала в такую рань.

Блестит весна в водяной капле,

Будто капля единственный алмаз в короне.

Дырявит за окнами снежную паклю,

Заглядывает в комнату, стоит на балконе.

Всюду успела,

Всех обняла.

Налетела

И понесла…

Весной

Набросилась скука и потащила.

Муха жужжала, билась, билась

За оконным стеклом.

И умерла. Сдохла. Лапками вверх.

Я окончательно глохну от весенних сверхмер.

Кто весну разрешает?

«Я помню, как, пытаясь плакать…»

Я помню, как, пытаясь плакать,

Тек вечер в улочках пустых,

Губами впитывая мякоть

Снегов вишнево-голубых.

Над ним мерцающим сияньем

Висела спелая звезда,

Замерзшей каплей расстоянья,

Как неупавшая слеза.

А где-то рядом, так знакомо,

В груди щербатых кирпичей

Слюнявил темные проемы

Лиловый отблеск фонарей.

«Жизнь безнадежную предметов…»

Жизнь безнадежную предметов,

безденежье и рыхлость сил,

бумаги лист, перо поэта —

Ты дал мне все, что я просил.

«Нет никого в городах отдыхающих…»

Нет никого в городах отдыхающих,

пыльные улицы ветер подмел

и за домами погасло пожарище

шумного лета, и полдень отцвел.

Велосипеды следов не оставили

после дождя посредине двора,

в парке пустом на коричневом гравии

тень от решетки лежит до утра.

Старая женщина хлебными корками

утром не кормит слетевшихся птиц,

в окнах напротив за синими шторками

больше не видно смеющихся лиц.

Толко вода где-то вянет осенняя,

толко сады влажно тянутся в ночь,

толко трава холодов дуновения

ждет, и никто ей не в силах помочь.

«Если б мог я резать взглядом…»

Если б мог я резать взглядом

на высоком камне буквы,

Я б ходил и долго думал

пред высокой камня грудой,

Что за буквы, что за строчки

тишины лесной дороже,

Той, которая шершаво чуть виднеется на камне

И ползет вниз синим мохом.

Если б мог я камень резать,

я б его не тронул взглядом,

А рукой чуть прикоснулся

к чуть прохладной темной глыбе,

А потом улегся телом на пустом и тонком пляже,

И моих касаясь пяток протекали б воды рек.

Надо мной в глубоком небе темной прорезью узора

Нависал бы крепкий корень,

Корень той сосны бесстрашной,

что вскарабкалась на камень

И свалиться не боится. Цепко корнями цепляясь,

Устремилась в небо свечкой

тихим пламенем объятой.