Невозможно договориться с палачом

Страна, их не бросала на произвол судьбы с нищенской пенсией.

Я не психолог и не экстрасенс. Но, наблюдая за их лицами, максимально сосредоточенными, от ритма марша волынок, у меня было четкое ощущение двух их качеств характера: – вековая гордость и благодарность судьбе. К сожалению, в 1997 году, наши ветераны этого не показывали явно на вид. Надеюсь, что в глубине души они также благодарны своей жизни, но иначе чем Западные их ровесники. Я бы назвал наших родных ветеранов – Воинами обратной стороны Луны (образно, разумеется).

Поясняю, горя и обмана они хлебнули столько, что вся Шотландия захлебнется. Смотря на Шотландцев, у меня мурашки бегали по спине от невероятно гармоничного сочетания звуков десятков волынок и какого-то немыслимого ритма движения ног, этих прирожденных воинов. По моему мнению, сугубо личному – это было круче, чем парады с танками, ракетами и «коробками» молодых военнослужащих. Я патриот своей страны – торжественные мероприятия с жизнью народа не путаю. От сильного впечатления на это шествие, ночью мне приснился очень реалистичный и красочный сон. Я находился в большом эстрадном театре на представлении всего одной «песни», если можно это так назвать. Бесконечная сцена изображала Вселенную, где со всех сторон лился мягкий лунный свет, как множество сверкающих дорог. Самой Луны, естественно не было видно. Дороги пересекались в пространстве, как говорится – ни откуда, в никуда. На золотых дисках стояли две, сияющие бриллиантовым спектром, ударные установки. Музыканты, подошли к ним медленно только после того, как полились плавные и плачущие звуки армянского дудука. Они были одеты в белоснежное одеяние, похожее на военную плащ-палатку. Капюшоны накинуты так, что лиц видно не было. Как только дудук замолчал, взорвался одновременный оглушающий ритм, какого-то очень сложного марша. Через три минуты к ним подключились волынщики и отрывистое пение большого мужского хора. На фоне звездного неба, по лунным дорожкам стали медленно спускаться вереницы людей, в таких же одеяниях, как и у барабанщиков. Зрелище было невероятное. А когда зазвучала песня, все пространство превратилось в большое искрящееся сердце. Ритм музыки определял его биение и немыслимую мощь.

Когда я проснулся, то все звуки сна долгое время не покидали меня. Однако, в памяти моей остался только «дробящий камни» припев:

– …….Бесконечным потоком лиловых теней.