Ноготки

Возникла пауза, она продолжила первая:

– Привет.

– Зачем ты сказала Кире? – вместо привета задала я.

– Да сказала! – в ее словах прозвучал вызов. – Рано или поздно она бы узнала.

– Но не от тебя, – прошипела я. – Какое ты право имела?

– Я заменила ей мать!

– Что? – у меня перехватило дыхание. – Да ты….

– Отдыхай! – она бросила трубку. Послышались гудки.

Трясущимися руками я набрала ее номер снова.

– Абонент недоступен. Попробуйте перезвонить позже.

В глазах потемнело.

– Белла, ты что? – заволновалась Маринка.

Резкий запах нашатыря ударил в нос и привел в чувство.

– Ну, подруга, ты и напугала, – Алевтина, Ритка и Маринка склонились надо мной.

– Что случилось? – мой голос был вялым и каким-то неживым.

– Ты в обморок упала, – сообщила Маринка.

– Слыш, подруга, – Ритка подозрительно уставилась на меня. – А ты не того?

– Третий месяц, – я опустила взгляд, будто в чем-то была виновата.

– Твою ж мать!

***

Новость о моей беременности, я хотела сообщить мужу. Лично, при встрече. Но у меня возникла проблема: Антон не ехал ко мне. А после злополучного разговора со Снежанкой он перестал брать трубку. Кирин телефон тоже молчал. Через несколько дней бесполезных попыток я позвонила Алке. Она ничего не знала, но обещала разузнать.

Спустя неделю, вся измаявшись, я наконец-то дождалась от нее звонка:

– Короче, – затараторила в своей манере Алка. – Антон молчит, Снежанка, твоя, тоже молчит.

– Она не моя, – перебила я подругу.

– Не важно, уже. Я попросила Левандовского, чтобы он у Антона спросил. Ну, ты понимаешь, по-дружески, по-мужски.

– И….

– Что?

– Алка!

– И ничего. Антон уверяет, что все в порядке. Адвокаты работают.

– А Кира?

– Не знаю.

– Алка, ты дуришь мне голову.

– Белка, давай я к тебе приеду-у, – заревела она. Это было неожиданно. Не помню, когда я в последний раз слышала ее рыдания.

– Конечно, – чувствуя что-то неладное в этом реве, согласилась я.

***

Алка приехала в самый разгар бурана, который не утихал вот уже сутки. Я добралась до поселка лишь к ночи – никак не могла получить от начальства разрешение.

Увидев меня в дверях, всю в снегу, продрогшую, она ахнула и схватилась за сердце. Потом бросилась мне на шею и разревелась.

– Алка, прекрати, – я устало опустилась на стул. Что-то в последнее время мне нездоровилось.