Деньги, религия, пропаганда, душа

В Британии мировоззренческой основой нового протестантского глобального проекта стал «пуританизм» – религиозное аскетическое движение, основанное на новой версии христианской веры. В XVI и XVII веках в наиболее развитых капиталистических странах – в Нидерландах, Англии, Франции – во имя этой веры велась ожесточенная политическая и идеологическая борьба. Об этом свидетельствует исследователь протестантского проекта Макс Вебер в своей книге «Протестантская этика и дух капитализма». Обращаю внимание – даже в названии книги упоминание христианства Вебер считает необязательным.

Вроде, логичным было вернуться к Христовым истинам, попранным католической церковью. Так нет, про Христа почти и не вспоминаем. Макс Вебер говорит о «протестантской этике», а совсем не о христианской. Между прочим, можно привести пример более чем сдержанного отношения к Христу немецких протестантов-лютеран. Так, совершенно естественным считается, что в тексте великолепного по музыке протестантского «Немецкого реквиема» композитора Иоганеса Брамса ни разу не упоминается имя Христа.

А основой пуританизма, ответвления протестантской религии, было учение об избранности. Что такое «избранность» в понимании «пуритан»? Прежде всего полагается, что достаточно придерживаться этой веры, чтобы получить путь к спасению. И, как всегда, важно было определить, где «свой» и где «чужой». Католики в Средние века были «избранными» по отношению в православным византийцам. А теперь появились «новые избранные» – протестанты, теперь по отношению к католикам.

У пуритан важный постулат, что не нужно спасать свою душу с помощью церкви и таинств. Дорого это! Посмотрите на роскошь католического обряда, а равно и на роскошь православного обряда тоже!

Для власти лучше деньги – гульдены, цехины – любые деньги. Ссудный процент? Это очень хорошо. Практицизм, при показном христианстве. Протестанты помнили, что случилось с люциферианами-тамплиерами, откинувшими Христа. «Мы учтем их ошибки, – думали протестанты, – и оставим на знаменах Христа, а внутри – „золотой телец“, „богатство“, деньги как признак избранности».

Это мы и видим, в том числе и при русском царском дворе. Именно такое «христианство» привез в Россию этот подозрительный Петр Первый, который почти на всех памятниках в голландских одеждах. Мы видим на примере всех этих великих князей, живущих в чудовищной роскоши, что они, скорее, приверженцы протестантизма.