Я Вас люблю всю жизнь и каждый день

Как руку Вы мою оставили,

Сказав: «О, я ее хочу!»

С какою бережностью вставили

В подсвечник – желтую свечу…

– О светская, с кольцом опаловым

Рука! – О, вся моя напасть! –

Как я икону обещала Вам

Сегодня ночью же украсть.

Как в монастырскую гостиницу

– Гул колокольный и закат, –

Блаженные, как именинницы,

Мы грянули, как полк солдат.

Как я Вам хорошеть до старости

Клялась, и просыпала соль,

Как трижды мне – Вы были в ярости!

Червонный выходил король.

Как голову мою сжимали Вы,

Лаская каждый завиток,

Как Вашей брошечки эмалевой

Мне губы холодил цветок.

Как я по Вашим узким пальчикам

Водила сонною щекой,

Как Вы меня дразнили мальчиком,

Как я Вам нравилась такой…

    Декабрь 1914

7

Ночью над кофейной гущей

Плачет, глядя на Восток.

Рот невинен и распущен,

Как чудовищный цветок.

Скоро месяц, юн и тонок,

Сменит алую зарю.

Сколько я тебе гребенок

И колечек подарю!

Юный месяц между веток

Никого не устерег.

Сколько подарю браслеток

И цепочек, и серег!

Как из-под тяжелой гривы

Блещут яркие зрачки!

– Спутники твои ревнивы? –

Кони кровные легки!

    6 декабря 1914

8

Свободно шея поднята,

Как молодой побег.

Кто скажет имя, кто – лета,

Кто – край ее, кто – век?

Извилина неярких губ

Капризна и слаба,

Но ослепителен уступ

Бетховенского лба.

Светло-коричневым кольцом

Слегка оттенены,

Владычествуют над лицом

Глаза, как две луны.

До умилительности чист

Истаявший овал.

Рука, к которой шел бы хлыст

И – в серебре – опал.

Рука, ушедшая в шелка,

Достойная смычка,

Неповторимая рука,

Прекрасная рука.

    10 января 1915

9

Ты проходишь своей дорогою,

И руки твоей я не трогаю,

Но тоска во мне – слишком вечная,

Чтоб была ты мне – первой встречною.