Мир до и после дня рождения

Словно желая испытать на себе всю силу горечи до капли, Ирина продолжала смотреть на Лоренса, она напоминала себе человека, снова и снова поворачивающего ключ зажигания, не желая признать, что мотор умер.

Идеально прямой нос: ничего. По-мальчишески взъерошенные волосы: никакой реакции. Призывный взгляд карих глаз – она не может больше смотреть в эти глаза.

– Эй, как дела? – спросил Лоренс, коснувшись щеки сухими губами. – Только не говори мне, что ты просто сидишь, даже не читаешь.

Она именно это и делает.

Просто сидит. Ее собственный ум превратил ночь в центр домашних развлечений, и ей вовсе не хотелось открывать книгу. Чтение с коробкой кукурузных хлопьев в руках выглядело бы сейчас насмешкой.

– Просто размышляю, – слабым голосом ответила Ирина. – Ждала тебя.

– Уже почти одиннадцать, верно? – Лоренс вернулся в холл, подхватил сумки и понес в спальню. – Скоро начинается вечернее шоу на Би-би-си!

Голос его быстро затих, оставив после себя мертвую тишину, словно с его появлением в квартире исчезла акустика.

Ирина изо всех сил старалась выпрямиться и занять более приличное положение, но так и осталась полулежать на диване. Из спальни донесся шум. Разумеется, Лоренс раскладывал вещи. Чем еще он может быть занят при такой маниакальной страсти к порядку?

До его возвращения в гостиную Ирина так и не придумала, что сказать, она не привыкла «думать» в разговоре с Лоренсом.

– Все, – гаркнул он.

Будто переняв манеру Рэмси, Ирина смогла отреагировать на сказанное лишь через минуту.

– Что – все?

– Все, можем смотреть программу.

Между произносимыми ими словами была пустыня. Ирина отчетливо представила себе, что их серьезный разговор становится похож на иллюстрации, не сочетающиеся между собой по стилю и исполнению, на послание с требованием выкупа, где все буквы вырезаны из разных газет. Ведь они раньше разговаривали. Интересно, какие темы обсуждали?

– У нас еще есть двадцать минут, – продолжал Лоренс, опускаясь на диван рядом с ней. – Ну, как дела? Что нового?

– С нашего последнего разговора ничего не изменилось.

 – Вот и первая ложь. К горлу подкатила тошнота от мысли, что далеко не последняя.

– Вы ужинали с Рэмси? Только не говори, что ты струсила.

– Ах да, да, – быстро пролепетала Ирина. У нее ничего не получается. Она уже себя выдала. Разумеется, придется рассказать о событиях прошлого вечера, хотя стоит ей произнести имя Рэмси, как сердце отвечает бешеным грохотом. – Да, мы ходили в ресторан.