Самозванка в академии

До рассвета оставалось не так долго, и, если повезет, к тому времени они будут уже на полпути к соседней деревушке. Ни о чем другом Абби старалась сейчас не думать и была благодарна Нел, которая помалкивала всю дорогу.

Путь предстоял девочкам не близкий, да и дорога выдалась тяжелой. Понадеявшись на свои силы и побоявшись делать крюк до моста, они решили идти самым коротким путем и перейти Верес вброд. Но всегда послушная вода не шла на зов юной заклинательницы, наверное, сказывались ночные переживания и истощение, как моральное, так и физическое.

И пусть течение тут было слабое, мочить ноги все равно не хотелось, поэтому Абби взяла Нел за руку и повела ее вдоль берега.

– Туда нельзя, – заупрямилась девочка, потянув Аббигейль обратно.

– Почему? – она с удивлением обернулась на Нел.

– Там нас будут ждать люди графа, – опустив голову, тихонько прошептала девочка.

– Ты можешь видеть будущее? – задала Абби вопрос, который волновал ее уже несколько часов.

Малышка только кивнула в ответ. Решив не искушать судьбу, Абби выбрала место, где речушка мельче всего, и подхватив Нел на руки стала осторожно переходить Верес. Лучше уж промочить ноги, чем попасться в лапы Гровера. Перейдя на другой берег и отправившись дальше в путь, Аббигейль никак не могла выкинуть из головы мысль, а знала ли Нел, что ждет ее маму. Не хотела бы она сама иметь такой страшный дар, лучше беззаботно жить в неведении.

Лишь когда солнце оказалось в зените, девочки увидели вдалеке крыши зажиточной деревушки.

Уставшие, голодные, они обрадовались им как родным, у обоих даже открылось второе дыхание. Нел без труда указала на нужный им дом, который был под стать остальным: каменный, покрытый известью, с соломенной крышей, такой сейчас модной.

Малышка уверенно побежала вперед по тропинке через небольшой внутренний дворик и постучала маленьким кулачком в окошко рядом с дверью, едва до него дотянувшись. Спустя несколько мгновений дверь отворилась и на пороге дома показалась дородная дама, лишь отдаленно напоминающая Верну.

Одета Оллин была в светлое кремовое платье с белоснежным накрахмаленным передником поверх него, чем разительно отличалась от своей сестры, предпочитающей одежду темных тонов и грубого кроя. Высокий пучок из туго заплетенных кос придавал ее лицу некоторую серьезность и даже надменность. Аббигейль почувствовала себя неловко под ее холодным изучающим взглядом.